Шабарша, казалось, не был расстроен своим поражением. Напротив, он радостно ухмылялся, словно это его дальняя родственница пришла к финишу первой.

— Ловко ты, нечистый, справился, — заявил он, — да я ловчее!

— Ты, бестолочь, даже зайца натренировать не смог, — Горе подошел вплотную к крестьянину. — Я понимаю, что обмануть водных чертей может даже пень. В частности, Пачучилка поверил, что это твой брат.

— Это и был мой брат, и он выиграл!

— Да ну? Что-то я не заметил…

— Эх, куда тебе, нечистый! Тут и человек не каждый бы увидел, а уж с твоими глазами… Братец мой не только забег выиграл, но и пробежал так быстро, что вы и не разглядели. Так ветерок летает! Когда вы снова смогли его видеть, он и не бежал вовсе, а пешком в лес шел, потому что скучно ему стало!

— А-а! — протянул Горе, опуская глаза. — Неловко как-то получается…

Кощей ожидал, что злой дух ответит очередной колкостью или попросту заколдует крестьянина. Однако Горе чуть развернулся и одним резким ударом в челюсть отбросил Шабаршу на несколько шагов назад.

— Ой, — смутился Пачучилка. — Как это я раньше не додумался такое сделать?…

— Это потому что ты тупой, — услужливо подсказал Горе.

Злой душ подошел к шапке крестьянина, поднял ее с земли; под шапкой скрывалась узкая глубокая нора.

— Как и следовало ожидать, он не собирался ограничивать себя одной шапчонкой. Все бы с вас, дети мои, вытряс.

— Узнает об этом папка, — потряс кулачком чертенок. — У, не жить ему в нашем селе!

— Папка потом узнает, сейчас выполняй свое обещание.

— Конечно, добрый Горе…

— И не обзывайся!

Пачучилка застенчиво подошел к Кате, дотронулся до амулета и тут же одернул руку, словно боялся обжечься. После этого чертенок закрыл глаза и нахмурился.

— Ищет, — пояснил Горе. — Грузится медленней, чем сайт при плохом подключении.

Кощей только головой покачал, он уже привык, что злой дух зачастую говорит загадками.

Колдун полюбопытствовал:

— И давно ты с чертями дружбу водишь?

— Не то чтобы дружбу… Просто они настолько безмозглые, что мне над ними даже издеваться неинтересно. Так что я им помогаю, вот такое я оригинальное существо. А черти из этого озера меня вообще божеством считают. Мне доверили дать имя брату Пачучилки, а это у них выражение глубочайшего почтения.

— И как ты назвал?

— Сократом.

Кощей не увидел в этом имени ничего странного, а вот Катя, в этот момент пившая воду из фляги, поперхнулась.

— Как?! Ты назвал безмозглого чертенка Сократом?

— Да, — Горе и глазом не моргнул.

— Это же неуважение к нашей культуре… Я понимаю, у тебя очень специфическое чувство юмора, но ты должен уважать некоторые вещи…

— А по-моему, хорошо звучит — Пачучилка и Сократ!

Было видно, что Катя возмущена до глубины души. Девушка готова была разразиться гневной тирадой, но тут в себя пришел чертенок.

— Женщина, которую вы ищете, в пути, — сообщил он. — С ней еще трое. Они двигаются по дороге к пограничной крепости Серая Башня.

— Это владения Змея, — тут же сориентировался Кощей. — Но отсюда недалеко, мы должны догнать…

Злой дух повернулся к Пачучилке:

— Будь готов. Если мы ее не найдем, нам снова понадобится твоя помощь, так что по первому зову чтобы был передо мной! И вот еще что папке скажи… вас нельзя выдернуть из озера простой веревкой, равно как нельзя и утопить.