— Разбирайте, — бухнул я пакеты в коридоре. — Гриша, принимай заказ. На ужин куриная печень в сметане. Только лука и зелени не экономь.

Впрочем, ни одного «чекупилы» ко мне не выбежало. Я судорожно потянулся к печатям — нет, на месте. Вот только напряжены. Как гитарные струны, которые пеетянули, словно вот-вот должно что-то произойти.

Не разуваясь, я кинулся в гостиную, где и обнаружил картину маслом. Черт с бесом стояли на спинке дивана, а снизу на них беззвучно щерился грифон. Явно намекая, что сейчас сделает что-то очень нехорошее. Его пыталась удержать Зоя, вот только Куся на нее не обращал никакого внимания. Несмотря на скромные размеры, ростом он не доставал девушке и до колен, королевский грифон оказался сильнее своей «хозяйки». Что совсем неудивительно. Куда чужанке тягаться с нечистью? К тому же, уникальной.

Да и какая Зоя хозяйка? Скорее подружка. Судя по поведению, именно так ее Куся и воспринимал.

— Хозяин! — радостно пропищал бес.

Правда, так и не шелохнулся. Митя даже звука никакого не издал. Продолжал как в книге «Легенды и мифы Древней Греции» подпирать потолок. Да, неурожай нынче на атлантов…

Зато грифон среагировал предельно четко, переключив свою агрессию на меня. Более того, он даже раскрыл крылья и сделал нечто вроде прыжка. Не вполне настоящего. Так скорее берут на понт. Мол, смотри, какой я опасный. Ага, бегу, боюсь.

Рядом тут же материализовалась Лихо. И я сразу почувствовал ее хист, готовый обрушиться на неразумное создание.

— Юния, нет, это зеркальная нечисть.

— Чего? — опешила она.

— Природная магия грифонов заключается в том, что они зеркалят магический урон. Это мне Прошка рассказал. Думаю, основываясь именно на эффекте родовой магии грифонов, Аптекарь придумал своего мегауберзащитника лабиринта. Короче, чем сильнее ударишь его, тем явственнее будет обратка. Поэтому не нападай, чтобы не случилось.

Юния не знала об этом, когда предлагала убить грифона, пока он маленький. Но по наитию случайно попала в самую точку. У нечисти подобное часто проявляется. Факт в том, что с каждым днем эффект зеркала у грифона становился сильнее. А учитывая, что эта зараза росла не по дням, а по часам, бог знает, что тут за монстр окажется через неделю.

— И как его сс… убить?

— Никаких убить! — чуть ли не закричала Зоя. — Куся просто расстроился, что забрали его косточку.

Ну не знаю, как по мне, расстроенные звери выглядят чуть-чуть иначе. Конкретно этот походил на иллюстрацию «Опасная неразумная нечисть перед атакой» из учебного пособия для начинающих рубежников.

— Я знаю, что ты меня понимаешь, — сказал я грифону. — Поэтому самое лучшее, что ты сейчас можешь сделать — это успокоится.

Тот в ответ щелкнул клювом. В переводе на человеческий это могло значить что-то типа: «Ублюдок, мать твою, а ну иди сюда…». Ну, и дальше, по тексту.

Я же шагнул вперед, давая понять, что шутить не намерен. Каким бы королевский грифон страшным ни был, он пока еще только птенец. И надо четко определить ему границы дозволенного. Это как с детьми. Если разрешишь есть в два года конфеты перед супом, то после запретить уже не сможешь. Животные — как и дети, постоянно продавливают твои границы, проверяют, так сказать, на прочность.

Это мне все рассказывал Костян, уже не один год безуспешно воюющий с соседским котом, которого подкармливала Ольга. И вот именно сейчас я был готов согласиться с другом.

Грифон сокращение дистанции воспринял как нарушение личных границ.