В первую секунду в её глазах увидел страх, но уже через мгновение женщина взмахнула рукой, и воины одновременно вскинули оружие. В тот же миг с клинков сорвались тонкие серебристые нити, и моментально окружили нас, создав сверкающую клетку.

— Диуриум, — нахально улыбалась Императрица. — Металл, способный поглощать…

Я двинулся вперёд и легко взмахнул мечом. Всё, что создали придворные маги, рассыпалось в прах, оставив после себя лишь искорки, парящие в воздухе.

— Знаю, — коротко ответил женщине.

Та удивлённо уставилась на меня. Но тут же справилась с эмоциями и щёлкнула пальцами. В руках воинов вспыхнули огненные шары.

— Лучше бы тебе остановиться, подкидыш, — прорычала Императрица.

— То же самое хотел сказать и тебе. Не понимаешь? Скоро сюда…

Но я не успел договорить.

Над нашими головами раздался жуткий грохот, а следом за ним зловещий женский крик.

Акума!

Демонесса вломилась в зал, подобно урагану. В воздух поднялись столбы пыли, по сторонам полетели куски досок и камни. Кого-то из воинов зацепило, и они вскрикнули от боли. Я же успел выставить перед собой щит, прикрыв им и свою группу.

А когда всё улеглось, то нашему взору предстало жуткое зрелище. Акума стояла возле трона напротив Императрицы, смотря на ту с благоговейным ужасом. На длинном жале демонессы болталось тело усатого правителя, пробитое насквозь.

В зале повисла звенящая тишина. Казалось, что если на пол упадёт капелька пота, то звук можно будет сопоставить с набатом. Но вместо этого прозвучало совершенно иное:

— Мама?

* * *

Никто не посмел пошевелиться. Даже преданные воины замерли в нерешительности, наблюдая за сценой.

— Акума, — нежно произнесла Императрица, склонив голову набок. — Так теперь тебя зовут?

Зараза. Она же играет чувствами.

Женщина шагнула к дочери и протянула руки. Демонесса испуганно отшатнулась, но потом всё же позволила к себе прикоснуться. Пальцы Императрицы прошлись по щекам дочери.

— Я так долго тебя ждала…

На мгновение я заметил блестящую слезу, скатившуюся по щеке демонессы. Казалось, что сейчас произойдёт нечто грандиозное. Всё-таки перед нами встретились существа, прожившие не один век на этой земле.

Так и произошло, вот только…

— Ложь, — прошептала Акума, хищно улыбнувшись. А потом повторила, но намного громче: — Ложь!

Оттолкнув руки матери, сама схватилась за её голову и сжала с такой силой, что у Императрицы от боли глаза вылезли из орбит. В ту же секунду воины дрогнули, словно с них спало оцепенение, и ринулись на врага. Но перед ними вспыхнула огненная стена, взметнувшаяся до потолка. Самые смелые попытались преодолеть преграду, но стоило им коснуться пламени, как оно охватывало их с головы до ног, сжигая до костей. И от солдат оставалось лишь эхо, наполненное болью.

— Тсукико? — Этти попятилась и потянула меня за собой. — Надо уходить. Мы не прорвёмся.

— Знаю, — ответил я, но отступать не собирался. — Можете идти.

Сам же остался посмотреть, чем закончится семейная баталия.

— Ненавижу! — раздался истеричный вопль демонессы по ту сторону бушующего пламени. — Ненавижу всех вас!

— Акума… — хрипела Императрицы, болтаясь безвольной куклой в её руках. — Прости…

Удивительно, но дочь казалась сильнее матери. Намного сильнее.

— Никогда, — рычала та. — Думала, что я глупая и слабая?! Я видела все твои мысли.