– Он действительно был в шоке, когда узнал о случившемся.

– В шоке, да, но он будет жить дальше. Мужчины всегда переступают и идут дальше.

– Миссис Мур, – говорит Мак, – в жизни вашей дочери был кто-нибудь, кроме Лиама? Другой парень?

– Нет. Он всегда был ее единственным.

– Вы в этом уверены?

– Почему вы спрашиваете о других парнях? – Бренда хмурится. – Вам известно что-то, чего я не знаю?

Мак с Фрэнки переглядываются, никому не хочется обрушивать на Бренду эту новость.

– Хотела бы я, чтобы это было не так, – говорит Фрэнки, – но ваша дочь была беременна.

Бренда теряет дар речи и прижимает ладонь ко рту, но плач все равно вырывается, тонкий такой, похожий на вой. У Фрэнки сжимается сердце – она ведь тоже мать. Бренда обхватывает себя руками и начинает раскачиваться взад-вперед, сотрясаясь от сдавленных рыданий. На это жутко смотреть, Мак отворачивается, а Фрэнки – нет, она усилием воли заставляет себя оставаться свидетелем этой муки и молча, терпеливо ждет, пока Бренда не перестает рыдать.

– Значит, вы не знали, – говорит Фрэнки.

– Почему она мне не сказала? Я – ее мать! Я должна была знать! Что бы ни случилось, я бы всегда ей помогла. Мы бы воспитали ребенка вдвоем. – Бренда поднимает голову и смотрит на Фрэнки. – А он что про это сказал?

– Лиама мы об этом пока не спрашивали. Хотели сначала поговорить с вами.

– Представляю, как бы он воспринял такую новость. А его родители? Их драгоценный сынок женится на какой-то девочке исключительно потому, что она забеременела? Конечно, но только не на такой, как моя дочь. – Бренда начинает злиться, выпрямляется и расправляет плечи. – Так вот, значит, почему моя дочь убила себя. Потому что этот парень не захотел на ней жениться.

Фрэнки не находится, что на это сказать. Возникает пауза. Бренда хмурится.

– Детектив Лумис?

– Мы не в курсе, нам еще многое предстоит выяснить, – наконец говорит Фрэнки.

Бренда смотрит на Мака, потом опять на Фрэнки. Она женщина неглупая и понимает, что они не говорят ей о чем-то принципиально важном.

– Вот прямо несколько минут назад вы спросили меня о Лиаме. Не бил ли он Тэрин. Почему вы об этом спросили?

– Мы рассматриваем все варианты, это наша работа.

– Он ее бил? Бил или нет?

– Мы не знаем.

– Но узнаете? Узнаете ведь? Обещайте, что узнаете.

Фрэнки смотрит Бренде в глаза. Они обе матери.

– Я узнаю. Обещаю.

26. Фрэнки

– Клянусь, я не вру. Я порвал с Тэрин еще в декабре, – говорит Лиам. – Она просто не могла принять это. Я отдал вам свой телефон. Там же видно – она мне постоянно звонила и слала эсэмэски. Иногда просто выскакивала навстречу, как черт из табакерки. Я ни сном ни духом, а она раз и уже рядом. Она преследовала меня, пока не случился тот скандал в ресторане, о котором я вам рассказывал.

– Вы сказали, что порвали с Тэрин в прошлом декабре. Но я хочу знать: когда вы в последний раз занимались сексом?

Фрэнки годится Лиаму в матери, и он невольно краснеет, когда слышит от нее такой вопрос. Лиам смотрит на Мака, как будто рассчитывает, что тот, как мужчина, поможет ему выкрутиться из такого затруднительного положения. Но Мак смотрит на него, как на пустое место, и просто ждет ответа.

– Не помню, – бормочет Лиам. – Я же уже говорил – мы расстались где-то под Рождество.