Он вылез из своего шевроле, медленно прикрыл дверцу и, вытаращив глаза от изумления, принялся изучать сборище машин на парковке. Здесь было все что угодно, от пикапов на громадных колесах до «Фольксвагенов-жуков»; все машины выглядели новехонькими и сверкали глянцевой краской. Девушки, приезжавшие в «Шимми», производили не меньшее впечатление. На миг Мэгги представила себе, насколько странным и необычным все это кажется Джонни. За последние полвека мода радикально изменилась. В эту минуту на парковку у «Шимми» завернул принадлежавший Даре Мэннинг и набитый ее одинаковыми блондинистыми подружками красный «Мустанг» с откидным верхом. Дара припарковалась на последнем свободном месте, предназначенном для водителей с ограниченными возможностями. Но Дару это не остановило. Девицы поправили прически и обновили помаду на губах. Джонни внимательно наблюдал за ними. Мэгги его понимала: перед ним сейчас мелькало великое множество обнаженных девичьих конечностей, но ей вдруг захотелось сбежать из «Шимми» как можно дальше.

Дара тут же заметила Джонни. Она вскинула брови и тихо сказала что-то Карли Нельсон, сидевшей рядом с ней на пассажирском сиденье. Карли принялась крутить головой, а Джонни, словно вдруг осознав, что его образ крутого парня никак не вяжется с тем, что он пожирает глазами девиц на парковке, отвернулся и пошел к двери «Шимми». Мэгги, по-прежнему сидевшая в полном одиночестве на красном диванчике, внезапно почувствовала себя ужасно глупо и пожалела, что не перешла к барной стойке, когда заметила Джонни. Он увидел ее, как только вошел, но не кивнул, не помахал ей рукой, а лишь окинул заведение внимательным взглядом и только потом направился к ней.

Мэгги невольно поморщилась. Джонни уселся за ее столик, явно уверенный в том, что она здесь одна. Ясное дело, она здесь не на свидании! Ему ведь прекрасно известно, что она влюблена в него. Она тяжело вздохнула и с несчастным видом взяла меню, чтобы хоть чем-то занять руки. «Пусть первым начинает разговор, если уж он подсел, даже не спросив разрешения», – сердито подумала она.

Хотя Мэгги и держала меню прямо перед носом, оно все равно не скрыло от нее Дару и ее подружек. Девицы толпились у музыкального автомата, принимали разные позы и время от времени бросали томные взгляды на красавчика, с которым ни одна из них не была знакома. Дара встретилась с Джонни взглядом и одними губами произнесла: «Привет!» После этого она откинула волосы за спину, отвернулась к музыкальному автомату и склонилась к нему гораздо ниже, чем это было необходимо. Джонни лишь покачал головой и повернулся к Мэгги. Мэгги сдвинула очки повыше, на самую переносицу.

Из автомата донесся громкий ритмичный бит, и несколько подростков с радостными воплями выскочили на танцплощадку. Дара и ее подруги вышли в центр танцпола и заученными, хорошо отработанными движениями принялись завлекать всех парней, заглянувших в «Шимми». Мэгги отвернулась, мечтая, чтобы им поскорее принесли еду, и уставилась в окно на сгущавшиеся сумерки. Джонни следил за происходящим на танцплощадке.

– Эй, Мэгс. – У дивана, с ее стороны, стоял Шад. Он переминался с ноги на ногу и бросал опасливые взгляды на Джонни. – Двинься, крошка.

Не дожидаясь ответа, он плюхнулся на диван рядом с Мэгги и принялся толкать ее в бок, пока она не подвинулась, освободив ему место. Шад не сводил глаз с Джонни, тело его вибрировало, как камертон, руки и ноги беспрерывно отбивали по столу и по полу какой-то ритм. Мэгги нестерпимо захотелось схватить Шада за пальцы и прижать ему ступни ногой, лишь бы утихомирить его хоть на пару секунд. Она видела, что Шаду одновременно завидно, неловко и страшно. Он не мог оторвать глаз от Джонни. Наверняка он помнил, как Джонни вынес его из горящей школы, а если даже и нет, то Гас ему об этом сказал.