– Я не хотела, – с сожалением сказала я, не понимая реакцию Люнеи.

– Будь осторожна, – как-то иначе посмотрела на меня Клера. – Тебя проводить?

– Не нужно, – помотала я головой.

Клера ушла, а я осталась одна.

– Никто не хочет общаться с сумасшедшей? – хихикнул Торни. – Бойтесь, бездарная Милгын вышла и на тропу мести!

– Мы видели, как ты носилась по Академии, – присоединился к Торни лопоухий прихвостень идеальных.

– Глаза шаром покати, волосы дыбом, – спародировал меня сосед Торни.

– Не подлечили? – смеялся в голос лопоухий. – Мы думали, ты копыта откинула.

– Ты бы вел себя иначе, обнаружив профессора мертвым? – подала голос Хелена.

Торни хотел сказать очередную шутку, но вовремя замолчал, заметив недобрый взгляд. Прихвостни резко перестали смеяться. Я кивнула Хелене в знак благодарности, но она отвернулась, игнорируя меня.

– Милгын, ты поела? – послышался заботливый бас над головой, а на плече легла увесистая рука.

Внимание прихвостней вновь сосредоточилась на мне. Даже Хелена заинтересованно скосила глаза.

– Поела, – улыбнулась я.

– Идем, я провожу, – подал мне руку Тернер. – Не хочешь прогуляться?

– Это не опасно?

– Я буду рядом, – пообещал Гернер, заключая меня в объятия.

Держась за руку, мы медленно прогуливались по дорожкам парка, тускнеющим под слоем лениво набегающих грозовых облаков. Сладкая свежесть дарила прохладу, а теплые руки Гернера – тепло и защиту. Пиявка время от времени ворочался в кармане, напоминая о себе.

– Ты давно был на озере? – спросила я. – Там стало так красиво.

– Садоводы влили немало энергии, – ласково пояснил Гернер. – Ты как, отошла?

– Я так испугалась, когда схватила человеческую кость.

– Где ты ее нашла? – спросил Гернер и завернул вглубь парка на тропинку, ведущую до полигона с куропатками.

– На подоконнике… Ты разве не видел? – приостановилась я.

– Нет.

– Она точно там была, – замолчала я. – Профессор тебе ничего… необычного… не рассказывал или показывал?

– Например? – засмеялся Гернер.

– О Логове страждущих…

Гернер резко остановился, развернул меня к себе и припал поцелуем:

– О ком? – спросил он, оторвавшись от меня.

– О Логове… – млела я в его объятиях.

– Где-то слышал, но уже не помню, – беззаботно ответил он.

– Так называется сборище выскочек и слабо одаренных, они выслеживают дочь Кутху и хотят свергнуть Совет островов, – посвящала я Гернера.

С неба опустилась одинокая капля прямо мне на нос. Я чихнула и опустила голову.

– Кого ищут? – взял Гернер мое лицо в ладошки.

– Дочь Кутху. Мы думаем – это Карни.

– Почему она? – дернул он головой, сгоняя челку.

– Ну как, ее внешность похожа на воронью, и в роду только по одному одаренному всегда. Фелан Нануя вызывал ее к себе – она засветила все кубы.

– Откуда ты узнала про сборище? Дознаватель спрашивал? – гладил меня по спине Гернер.

– Он, – не стала выдавать я Дерри. – Кстати, камень жизни становится черным не из-за страха, а после контакта со смертью низших.