– Pronto,  – сказала она, сообразив, что впервые говорит по телефону больше чем за неделю.

– Professoressa  Линч? – поинтересовался мужской голос.

– Да.

– Мои друзья нанесли вам визит на прошлой неделе, – сказал человек хорошо поставленным спокойным голосом с почти неразличимым сицилианским акцентом, слегка растягивая звуки. Когда Бретт ничего не ответила, он добавил: – Я уверен, что вы помните.

Она так и молчала, ее рука сжимала телефонную трубку, а глаза закрылись при воспоминании об этом визите.

– Professoressa, я  думаю, вас заинтересует, что ваша подруга, – и его голос иронично понизился на этом слове, – ваша подруга синьора Петрелли беседует с теми же моими друзьями. Да, мы вот тут с вами разговариваем, вы и я, а мои друзья разговаривают с ней.

– Что вам нужно? – спросила Бретт.

– Ах, я и забыл, как прямолинейны американцы. Что ж, я бы хотел поговорить с вами, Professoressa.

После долгого молчания Бретт спросила его:

– О чем?

– О, конечно, о китайском искусстве, особенно о некоторых керамических изделиях времен династии Хань, которые, я думаю, вы бы захотели посмотреть. Но перед этим нам надо обсудить синьору Петрелли.

– Я не хочу с вами разговаривать.

– Я боялся этого, Dottoressa.  Вот поэтому я позволил себе попросить синьору Петрелли присоединиться ко мне.

Бретт сказала единственное, что смогла придумать:

– Она тут со мной.

Человек рассмеялся.

– Пожалуйста, Dottoressa,  я знаю, как вы умны, так не глупите со мной. Если бы она была с вами, вы бы повесили трубку и сейчас вызывали бы полицию, а не разговаривали со мной. – Он дал ей время подумать и спросил: – Не прав ли я?

– Откуда я знаю, что она у вас?

– Ниоткуда, Dottoressa.  Это, видите ли, часть игры. Но вы знаете, что она не с вами, и знаете, что она ушла в четырнадцать минут третьего, вышла из квартиры и направилась к Риальто. Для прогулки день очень неприятный. Очень сильный дождь. Она бы уже вернулась. На самом деле, я дерзну предположить, она уже давно должна была вернуться, не так ли? – Когда Бретт не ответила ему, он повторил более суровым голосом: – Не так ли?

– Чего вы хотите? – устало спросила Бретт.

– Так‑то лучше. Я хочу, чтобы вы пришли ко мне в гости, Dottoressa.  Я хочу, чтобы вы пришли прямо сейчас, надели пальто и вышли из квартиры. Вас будут ждать внизу, и приведут ко мне. Как только вы это сделаете, синьора Петрелли сможет свободно уйти.

– Где она?

– Вы же не ожидаете от меня, что я сообщу вам, правда, Dottoressa?  – спросил он с наигранным изумлением. – Ну что, вы собираетесь выполнять то, о чем я попросил?

Ответ выскочил прежде, чем она успела подумать.

– Si.

– Очень хорошо. Очень разумно. Я уверен, что вы будете рады, что послушались. Как и синьора Петрелли. Когда мы закончим беседу, не вешайте трубку. Я не хочу, чтобы вы куда‑нибудь звонили. Вы поняли?

– Да.

– Я слышу там музыку. «Юпитер»?

– Да.

– Кто дирижирует?

– Аббадо, – ответила она с полным ощущением нереальности происходящего.

– А, не лучший выбор, совсем не лучший, – быстро сказал он, не пытаясь скрыть разочарование.