— Я полагаю, благодарная молитва будет как раз вовремя, брат?

— Да, именно так.

Они встали на колени под языческой росписью и поблагодарили Всемогущего Господа за его милость, за знаки провидения, которые привели их к этой великой победе.

— Аминь, — сказал Преданный-До-Смерти. — Аминь.

19

«Человек, рожденный женщиной, имеет короткую и полную страданий жизнь». Леди Маргарет, слушая слова Преподобного Перилли, подумала, что это неправда. Жизнь сэра Джорджа не была наполнена страданиями. В ней были волнения, но в ней было и много счастливых моментов.

«Он поднялся и был срезан как цветок». А это, подумала она, было правдой, если цветок когда-нибудь срезали мушкетом.

Она стояла на каменных плитах придела церкви Лазена. День был подходящий, серый, накрапывал дождь, и свет, пробивающийся через лишенные прекрасных витражей окна, был мрачным. Щиты Лазена и Лазендеров были изрублены копьями, а каменные фигуры предшественников сэра Джорджа, под пристальными взглядами которых его положили на упокой, были разбиты мушкетным огнем и испачканы известковой побелкой. Они выглядели как прокаженные.

Леди Маргарет посмотрела сквозь вуаль на яму, которая получилась, когда подняли четыре каменные плиты. В склепе было сыро. Она видела прогнивший конец старого гроба, с которым граничил новый гроб сэра Джорджа, только что опущенного в яму. Однажды, подумала она, она тоже будет лежать в этой яме, бесконечно уставившись на поклонников, склонившихся над нею. Но внезапно осознала, что мир перевернулся вверх дном, и она, вероятно, никогда не будет лежать рядом с сэром Джорджем. Пока преподобный Симон Перилли проводил обряд отпевания, в большом зале замка комиссия графства проводила собрание по конфискации имущества. Замок отберут, у неё и у законного наследника сэра Тоби.

Это было жестоко, несправедливо, но она ничего не могла сделать. Комиссия, ликуя от своей победы, специально назначила собрание на время похорон, чтобы семья не могла присутствовать. Тем не менее, на собрании присутствовал Джон, граф Флитский, только что прибывший из армии графа Эссекского, марширующей через запад. Но леди Маргарет сомневалась, что он сможет чего-то добиться. Справа от неё стояла Анна, графиня Флитская, слева Каролина. Тоби лежал в своей спальне, а не будет ли он следующим под землей, было ещё под большим сомнением.

Голос Перилли становился громче.

— «Благодать Господа нашего Иисуса Христа, и любовь Бога Отца и общение Святага Духа со всеми вами. Аминь».

Леди Маргарет постояла пару секунд, уставившись на простой деревянный гроб мужа, затем отвернулась.

— Пошли.

Они встали возле церкви, рядом с обуглившимся лоскутом травы, где победившие пуритане жгли ограждение алтаря, и поблагодарила сельчан, жителей и прислугу, собравшихся в церкви. Она могла преподнести слова благодарности, но не могла предложить надежду на будущее. Она посмотрела на мистера Перилли.

— Благодарю, Симон. Ты все сделал хорошо.

Преподобный Перилли, чье богословие было не по вкусу победителям, стоял перед лицом такого же неопределённого будущего, как и леди Маргарет. Он положил свой наплечник на молитвенник.

— Он воскреснет, леди Маргарет.

Она кивнула.

— Я верю, что в день воскрешения Господь даст время для возмездия, мистер Перилли, — она повернулась, ведя своих дочерей через опустошенный сад в сторону Нового дома.

Наверху в спальне Тоби леди Маргарет обнаружила доктора, который делал кровопускание сыну.

— Снова?

— Это самый лучший способ, леди Маргарет. Доктор Силлери набрал из руки Тоби полную чашку крови и накрыл его несколькими одеялами.