Мистер Умеренность тяжело уселся, ощупывая свою сутану.

— Я плохо себя чувствую, Томас, очень плохо. У тебя нет моего лекарства?

— Когда все будет сделано, сэр, когда все будет сделано, — Гримметт подошел к Скэммеллу, меч ударился об отодвинутый к стене стол. — Вот, сэр. Сэр Гренвиль подумал, что, возможно, вы не подготовились, — он протянул Скэммеллу дешевое кольцо. — Не беспокойтесь, сэр. Он законно выставит вам счёт.

Мистер Умеренность Болсби, с хитростью пьяницы, извлек маленькую жестяную флягу из складок своего одеяния. Присосался к ней, пока не опустошил её и счастливо улыбнулся комнате.

— «Вино глумливо», сэр! «Секира буйна»!

— Аминь, — сказал Скэммелл, знающий, когда перед ним цитировали Библию.

— Три часа, сэр, Палата лордов и Палата Общин заседали! Я говорил о глумливости вина, сэр, — икнув, он подпортил своё выступление. — Пламенные уста, сэр, пламенные от духа, но не от духа Божьего. Да, сэр, — он старался стоять прямо, внезапно наполнившись силой своей последней великой и незаконченной проповеди. Гримметт толкнул его вниз.

— Жди здесь, Мистер Умеренность. Держи свою книгу наготове.

— Я плохо себя чувствую, Томас. Мне нужно моё лекарство.

— Когда все будет сделано. Когда они будут женаты.

— Венчание, да?

— Венчание.

— А! Венчание, — мистер Умеренность нахмурился, пока теребил страницы своего молитвенника.

— «Кто нашёл добрую жену», сэр «тот нашёл благо и получил благодать от Господа».

— Аминь, — сказал Скэммелл.

Мистер Умеренность ухмыльнулся ему.

«Лучше жить в углу на кровле, нежели со сварливой женой в пространном доме», — священник, казалось, смеялся над Скэммеллом, который слушал цитату, как заключенный слушает приговор.

Гримметт скучал.

— Поторопись, Мистер Умеренность. Тебе нужны имена, — он смотрел, как священник ищет нужную страницу, затем фамильярно повернулся у Скэммеллу. — Он очень хорош, сэр.

— Хорош?

— Когда нам нужно венчание, сэр. Вы удивитесь, сэр, как в канцелярском суде часто необходимо венчание, в большинстве случаев на смертном одре, и Мистер Умеренность — тот человек, который вам нужен. Видите, все дело в ответе.

— В ответе? — Скэммелл был шокирован тем, что происходило в его хорошо организованной жизни, но бессилен был сопротивляться.

Гримметт улыбнулся.

— Леди или джентльмен, сэр, должны сказать «Да», но если они не желают, для Мистера Умеренности это неважно. Он просто продолжает действовать. Не беспокойтесь, все вполне законно.

Он полез в сумку и выудил листок бумаги. Это было брачное свидетельство, внизу уже подписанное корявой подписью, гласившей «Джеймс Болсби, священнослужитель». Гримметт засунул бумагу обратно в сумку.

— Сэр Гренвиль сказал, что она будет храниться у него, сэр, — он посмотрел на священника и снова на Скэммелла. — Мне сходить за невестой, сэр?

— Мы готовы?

— Как никогда, — Гримметт вышел из комнаты.

Мистер Умеренность успешно стоял, удивлённый. И затем просиял как ангел, глядя на Скэммелла.

— Мы встречались, сэр?

— Минуту назад, сэр.

— Однажды я читал проповедь в Палате Общин, сэр, вы знаете?

От повторного прослушивания истории Скэммелла спас крик из зала, хлопок, эхом раздавшийся по пустому дому, звук волочившихся каблуков, мычание Гримметта, последовавшее за другим криком.