Смолевка ступила на богатый ковёр, чувствуя, что именно так она представляла себе своё шествие по кристальному полу к величайшему трону в Судный день.

— Поближе, девочка, поближе! Я не собираюсь тебя есть!

Смолевка остановилась возле леди Маргарет, наклонившись в неловком реверансе. Она только раз быстро взглянула на мать Тоби, высокую седоволосую леди с властным, повелительным лицом, и опустила глаза. Несколько секунд леди Маргарет изучала её.

— Итак, ты та самая девушка, из-за которой мой сын сжёг половину Лондона.

— Да, мэм, — прозвучал ответ.

— Меня зовут леди Маргарет. Мы пока ещё не установили твое имя, но, безусловно, выберем какое-нибудь, — леди Маргарет неодобрительно фыркнула. — Три предприятия уничтожено, двенадцать домов сгорело дотла, и два человека погибло. Ты знала это?

— Да, мэм, леди Маргарет, — новости настигли Тоби и Смолевку за день до прибытия в Лазен.

Леди Маргарет снова фыркнула.

— Кажется, что помимо человека, которого убил мой сын, умер ещё и священник. Человек со странным именем Мистер Умеренность Болсби. Полагаю, это он проводил ваше венчание?

— Да, леди Маргарет.

— Дай мне посмотреть на тебя, дитя! Если ты уставилась в пол, вряд ли ты ожидаешь, чтобы я ползала, чтобы увидеть твое лицо. Подбородок вверх! Выше! И смотри на меня. Я не такая старая и страшная, что ты превратишься камень.

Резкий властный голос подходил женщине, которую Смолевка видела перед собой. Маргарет была высокой, с орлиным носом и голубыми глазами, смотрящими на мир с выражением пытливого вызова. Тоби унаследовал от матери твердую линию рта и также от неё высокий рост и стройное телосложение. Конечно же, она была далеко не безобразная и старая. Смолевка знала, что леди Маргарет оставалось два года до пятидесяти, но, если не принимать во внимание седые волосы, ей можно было бы дать на десять лет меньше.

— Сними плащ, дитя. Дай мне посмотреть на тебя.

Смолевка почувствовала себя одетой убого. На леди Маргарет было надето бледно-жёлтое платье, украшенное вышитыми цветами. На лифе платья были странные крапинки краски, такие же крапинки были на правой руке, поднявшей вверх подбородок Смолевки.

— Сними капор, дитя, — миссис Свон взяла одежду Смолевки с собой, включая её последний чёрный пуританский капор.

— А ты не страшная, правда, дитя? Теперь я вижу, почему Тоби зашел так чрезмерно далеко ради тебя. Он сказал, что ему было неприятно убивать человека. А ты что думаешь?

— Думаю тоже, что неприятно, леди Маргарет.

— А я уверена, что я бы так не считала. Повернись.

Смолевка послушалась.

— Вокруг, дитя, я не хочу разговаривать с твоей спиной. Смолевка снова повернулась лицом к леди Маргарет. Леди Маргарет фыркнула.

— Вижу, семейство Слайтов вырастило среди уродливых колючек розу. Как ты думаешь, моему сыну есть оправдание в убийстве и разрушении в твою честь?

Смолевка проглотила комок в горле и быстро подумала.

— Я бы сделала то же самое ради него, леди Маргарет.

К удивлению Смолевки, леди Маргарет засмеялась.

— Тоби может быть опрометчивым. Не понимаю, откуда в нём эта восторженность. Определенно не от нас. И также не понимаю, откуда взялись его рыжие волосы. Такая безвкусица. Полагаю, потому что он был зачат при полной луне. В моём журнале есть запись об этом. Джордж даже не снял ботинок, — и все это было сказано таким будничным тоном, как будто леди Маргарет говорила о повседневных домашних вещах. В том же тоне она продолжила:

— Ты девственница, дитя?

Смолевка от изумления открыла рот, но быстро оправилась.