Хм, что это, обратная сторона Богдана? Он серийный убийца? Было бы трудно этого не заметить. Хотя кто его знает, учитывая эти плечи.

— А что случилось? — спрашивает Донна. — Почему ты спрашиваешь?

— Это домашнее задание от Элизабет. Она хотела узнать мои соображения.

Ладно, своя логика в этом есть. Не Богдан маньяк-убийца, а Элизабет. Какое облегчение!

— Яд, полагаю, — отвечает Донна. — В любом случае — нечто трудно обнаружимое.

— Да, сделать так, чтобы выглядело естественно, — соглашается Богдан. — Обставить таким образом, чтобы не походило на убийство.

— Может, наехать на машине поздно вечером? — продолжает фантазировать Донна. — Все что угодно, лишь бы не прикасаться к телу, иначе криминалисты быстро вычислят. Или из пистолета, красиво и просто: один выстрел — бах! — и поскорее смыться. Главное — подальше от камер слежения. Конечно, следует заранее спланировать маршрут побега — это тоже очень важно. И чтобы ни улик, ни свидетелей, ни тела, которое обязательно надо похоронить, — наверное, именно так я поступила бы. А еще отключить телефон или забыть его в такси, чтобы он оказался за много миль от места убийства. Подкупить медсестру, может, добыть пробирки с кровью незнакомцев и вылить их на тело. Или же…

Богдан внимательно смотрит на нее. Неужели она переборщила?

Наверное, следует перевести разговор на другую тему.

— А что задумала Элизабет?

— Она говорит: кого-то убили.

— Не сомневаюсь, — отвечает Донна.

— Но убили в машине, которую затем столкнули с обрыва. Я бы не так все сделал.

— Машину с обрыва? Ясно, — говорит Донна. — А почему именно Элизабет расследует это дело?

Богдан пожимает плечами.

— Кажется, потому что Джойс хотела познакомиться с кем-то с телевидения. Я не очень понял.

Донна кивает: на первый взгляд все сходится.

— На теле найдены какие-нибудь следы, подтверждающие, что убийство совершено до того, как машина упала с обрыва?

— Тела нет, только кое-какая одежда и немного крови. Человек из машины пропал.

— Как удобно для убийцы.

Донна не привыкла к такого рода разговорам в постели. Обычно после соития приходится выслушивать о чьем-нибудь мотоцикле или о бывшей, которую, как только что понял партнер, он до сих пор любит. И иногда случается произносить ободряющую речь.

— И наглядно заодно: если убийца хотел отправить кому-то сообщение. Такое трудно игнорировать.

— Думаю, это слишком сложно, — возражает Богдан, — в смысле, для убийства. Машина, утес — да ну!

— Ты теперь эксперт по убийствам?

— Я много читаю, — отвечает Богдан.

— А какие твои самые любимые книги?

— «Вельветовый кролик», — признаётся Богдан, — и автобиография Андре Агасси.

Может, Богдану стоит убить Карла, ее бывшего? Она много раз фантазировала о кончине Карла. Способен ли Богдан столкнуть дурацкую «мазду» Карла с обрыва? Но как только эта мысль мелькает у нее в голове и она потягивается, будто кошка в поисках солнечного лучика, тут же понимает, что Карл ей отныне безразличен. «Стань взрослой, Донна. Позволь ему жить».

— Она могла бы попросить о помощи меня и Криса, — утверждает Донна. — Мы тоже взглянули бы на дело.