Донна качает головой, не отрываясь от него. В чем тут подвох? А вдруг это «любовь» на одну ночь и это в стиле Богдана? Он вроде как одиночка, верно? Что, если он эмоционально холоден, а завтра в этой постели окажется другая девушка: белокожая блондинка лет двадцати двух?

Интересно, о чем он сейчас думает? Это единственный вопрос, который, как она знала, нельзя задавать мужчине. Поскольку они почти никогда ни о чем не думают, такой вопрос сбивает их с толку, и они начинают чувствовать себя обязанными хоть что-то ответить. Хотя она все равно хотела бы знать. Что происходит за этими голубыми глазами? Эти глаза могут пригвоздить тебя к стенке. Чистая синева… Так, минутку, он что, плачет?

Донна встревоженно садится.

— Ты плачешь?

Богдан кивает.

— Почему ты плачешь? Что случилось?

Богдан смотрит на нее глазами, полными влаги.

— Я так счастлив, что ты здесь.

Донна целует его залитые слезами щеки.

— Тебя кто-нибудь когда-нибудь видел плачущим?

— Дантист однажды, — отвечает Богдан. — И мама. Может, встретимся еще раз?

— О, я не против. А ты? — спрашивает Донна.

— Я тоже, — кивает Богдан.

Донна снова кладет голову ему на грудь, удобно устраиваясь щекой на татуировке в виде ножа, обмотанного колючей проволокой.

— Может, в следующий раз сходим куда-нибудь еще, кроме Nando’s и «Лазерного Квеста»?

— Согласен, — отвечает Богдан. — Возможно, в следующий раз попробую выбрать я?

— Да, думаю, так будет лучше, — говорит Донна. — Развлечения не моя стихия. Кстати, тебе было весело?

— Конечно, мне понравился «Лазерный Квест».

— Действительно понравился? — спрашивает Донна. — Дети на том дне рождения так и не поняли, кто их расстрелял.

— Станет для них хорошим уроком, — отвечает Богдан. — Сражения — это в основном прятки. Хорошо бы усваивать это смолоду.

Донна смотрит на прикроватный столик Богдана. На нем кистевой эспандер, банка Lilt и пластиковая золотого цвета медаль, которую он выиграл в «Лазерном Квесте». Что она в нем нашла? Попутчика по жизни?

— Ты когда-нибудь ощущал себя непохожим на других людей, Богдан? Будто ты не такой, как все?

— Ну, английский не мой родной язык, — констатирует Богдан. — И я не разбираюсь в крикете. Ты чувствуешь себя другой?

— Да, — отвечает Донна. — Наверное, из-за людей.

— Но, может, ощущать себя иногда другой неплохо или даже хорошо?

— Иногда — конечно. Но я бы хотела сама выбирать такие моменты. Чаще всего мне просто хочется слиться с толпой, а в Файрхэвене это невозможно.

— Каждый хочет ощущать себя особенным, но никто не хочет чувствовать себя чужим, — замечает Богдан.

Его плечи, конечно, впечатляют. Два вопроса одновременно приходят ей в голову: похожи ли польские свадьбы на английские? И будет ли нормальным перевернуться на другой бок и уснуть?

— Могу я задать тебе вопрос, Донна?

Внезапно Богдан становится очень серьезным.

Ого.

— Конечно, — отвечает Донна. — Задавай любой.

Любой в пределах разумного.

— Если бы тебе понадобилось кого-нибудь убить, как бы ты это сделала?

— Гипотетически? — спрашивает Донна.

— Нет, по-настоящему, — отвечает Богдан. — Мы не дети.