Остальные в боевом порыве бросились к своим «благоверным»:

– Чтобы больше мне ни слова не жаловался, что работой завален.

– Где твое рабочее место? А ну иди туда и работай, не смей на этих девок глаза поднимать!

Несколько мужчин попытались спастись бегством, но разлитый суп не дал им уйти: они попадали как сбитые кегли, скользя по жирному полу. Над моим ухом раздался зычный голос начальницы:

– Женька, уходим, пускай сами разбираются. Их сейчас жены научат работать как следует, без лежачих забастовок.

Из дверей следом за мной вылетела толпа мужчин, которых преследовали их жены. Меня смело этой волной и закружило, работяги разбегались во все стороны, ища убежища в раздевалке и в душевой от своих возмущенных женщин. Я ринулась обыскивать все уголки заводского здания, выкрикивая имя Нинэль. Фу ты, опять! С такой шебутной клиенткой просто с ума можно сойти!

Моя начальница словно в воду канула, через полчаса беготни по цехам я остановилась и выдохнула. Территория завода огромная, я не знакома со всеми укромными уголками этих гигантских зданий, так что лучше будет обратиться за помощью к управляющему заводом или правоохранительным органам, чтобы начать массовый поиск. А то, что Нинэль пропала не по своей воле, я была уверена, ведь она даже позвала меня за собой, прежде чем растворилась в коридорах завода.

Первым делом надо перекрыть выход: я подошла к будочке охранника и приказала запереть ворота и никого не выпускать с территории ни при каких обстоятельствах. Старичок подобрался от серьезности приказа и отдал честь:

– Так точно, есть никого не выпускать с территории!

Дворник помахал мне у клумбы, где все саженцы были заботливо высажены в землю, и ему оставалось лишь полить и терпеливо дожидаться цветов.

Следующим пунктом был кабинет директора завода. Помещение было обычным, со стенами, отделанными пластиковыми панелями бежевого цвета; посередине комнаты два стола буквой Т и несколько кресел для посетителей. Демин сидел за столом с угрюмым выражением лица, когда я ворвалась в кабинет, он уныло вздохнул и уточнил:

– Увольнять пришли?

– Нет! Пропала Нинэль Федоровна, ее похитили! Есть у вас громкая связь на заводе, так чтобы меня все слышали?

– Есть. – Директор медленно переключался со своих горестных мыслей на тревожную новость. – В кабинете у охранников, надо идти в соседний кабинет.

Он вылез из глубокого кресла и, переваливаясь, поспешил в коридор, дверь напротив была открыта, на стуле дремал высокий усатый мужчина. От звука шагов он вскочил и отрапортовал:

– На территории все тихо, нарушений нет!

Я с сомнением взглянула на экран камеры видеонаблюдения за его спиной: камера давала обзор заводской территории, на которой творилось невообразимое; женщины вошли в раж и гоняли работников по двору кругами, две танцовщицы безуспешно пытались перелезть через высокие ворота, один из парней попытался успокоить толпу, обливая людей водой из садового шланга, но это лишь добавило неразберихи.

Демин в немом ужасе ткнул в экран пальцем и уставился на меня, в маленьких глазках застыл вопрос. От удивления ни охранник, ни директор были мне не помощники, пришлось действовать самой. Я включила кнопку громкой связи и решительно начала свою речь:

– Внимание! Сотрудники завода! И гости завода! На территории вашего предприятия только что произошло страшное преступление, пропал человек. Сохраняйте спокойствие, через десять минут прибудут сотрудники правоохранительных органов. У вас есть возможность исправить ситуацию сейчас и начать сотрудничать с руководством. Тех, кто заинтересован в поимке преступника или проведении переговоров, прошу подняться в кабинет директора. Пока преступление не будет раскрыто, а преступник пойман, никто не покинет территорию завода, выход заблокирован.