…Ему снились немцы. Дойче золдатен в фельдграу. Фантасмагория из исторических фильмов про Великую Отечественную войну. Немцы установили под карнизом полевую кухню и варили гречневую кашу с тушенкой. Толстый повар насвистывал веселую песенку и отстукивал поварешкой ритм по крышке котла. Взвода два солдат взялись за руки и водили хороводы вокруг кухни и чокались кружками с пивом, сдувая белые шапки пены. Каждый новый круг начинался с раздачи сосисок и наливанием белопенного напитка в протянутые бокалы. Немцы разошлись не на шутку, некоторые пошли плясать вприсядку. Один фельдфебель выстроил целый оркестр из сверчков и, взяв в руки длинную палочку, дирижировал перед черными музыкантами. Кружки и сосиски в руках солдат сменились деревянными ложками, и солдаты, снимая каски, выстроились в очередь перед кухней. Веселый повар в засаленном переднике и помятом колпаке отваливал каждому по доброму половнику наваристой каши. Зольдатен призывно махали Андрею, кричали «ком», «ком» и протягивали ему каски с кашей. Повар улыбался широкой отеческой улыбкой от уха до уха. В следующую секунду глаза повара пожелтели и вот на Андрея смотрит «чешир», облаченный в немецкую полевую форму. «Ком!» — ласково говорил кот и закидывал в котел ощипанного грифона. Солдаты развели костер и протягивали к нему озябшие ладони…

Андрей проснулся и поежился, минус, однако! Посмотреть бы в глаза тому, кто говорил, что на югах теплые ночи. Прохладный ветерок гнал по небу темные тучи. Дубак заставлял челюсти выстукивать чечётку. Все тело покрылось мурашками размером с кулак.

Хорошо тому, кто сейчас сидит у костра, что весело подсвечивает на склоне лысого холма. Андрей перестал дрожать, его моментально кинуло в жар. Костер! Если есть костер, значит, есть и люди! Он чуть не заплясал от радости. На волне позитива «чеширы» показались такой мелочью, что воспринимались как досадное препятствие. Андрей лег на живот и глянул под карниз — все четыре фашиста были на месте. Для полноты картины не хватало касок на головах.

— Мряу? — вопросительным тоном мяукнул папаша хвостатого семейства.

— Хреняу, — ответил Андрей и плюнул в «папашу». Плевок снесло ветром, как жаль, в слюну было вложено столько яда, что «чешир» должен был издохнуть моментально, но не судьба. — Чтоб вы сдохли, сволочи!

— Мр-ри.

— Вы, или тут есть другие козлы?

«Чешир» ничем не показал, что его как-то оскорбило сравнение с парнокопытным, но на морде котика было написано, что за «козла» и ночную побудку кто-то днем ответит по полной программе.

Сильный порыв ветра заставил зашуметь кроны деревьев, в небе сверкнула молния. Первые тяжелые капли упали на землю. Бог, если он существует, подарил ему целый бидон воды, теперь стоило как-то его сохранить.

Ливень поливал час, Андрей утолил жажду, но промерз окончательно и с нетерпением ждал восхода солнца.

Не успели первые солнечные лучи коснуться скального карниза, как раздалось хлопанье крыльев, на насестное дерево опустился первый грифон. Через полчаса вся верхушка была усеяна курлыкающей толпой — сороки и только! Грифоны, по всей видимости, обсуждали варианты дележа обеда с «чеширами». Вариантов было два: «обед» умирает своей смертью и весь достается полупернатым стервятникам, по второму варианту, совсем для них нежелательному, они довольствуются лишь остатками с барского стола. Мысленно Андрей нарисовал третий вариант в виде оттопыренного среднего пальца и фиги на другой руке в придачу.

«Чеширы» внизу забеспокоились и принялись возбужденно нюхать воздух. Самка с хриплым мявком «застроила» котят и рванула с поляны, с сожалением глянув вверх, следом за женской половиной и отпрысками побежал глава семейства.