- Нет, - покачал головой Амин. - Он мой друг. Так поступают друзья. Выручают друг друга.

Темнота удивлённо замолчала. И рассыпалась золотистыми искрами, собравшись у Амина на руках в янтарную статуэтку ухмыляющегося крокодила.

Глянув на её, Амин тяжело вздохнул и упал на что-то твёрдое, больно ударившись головой.

***

- Мда. Не хочется это признавать, но, кажется, я проиграл.

- Ты ещё можешь, пока он спит, забрать у него крокодила, - отозвался второй голос, принадлежащий… кажется, Рахиму.

- Ну уж нет! - возмутился Захир. - Проигрывать надо честно. Эй, парень, вставай. Ты как?

Амин приподнялся на локтях, посмотрел на фигурку в руке и счастливо улыбнулся.

- Да тебе, я гляжу, полегчало, - присвистнул Захир. - Ну и ладненько. Вставай, пойдём корабль придумывать, надо же отсюда выбраться.

Насим шёл за ними следом, в пол-уха слушая, как Захир рассказывает, как играл в алатыру с темнотой, но проиграл, а Рахим вставляет что-то про загадки, на одну из которых не знал ответа.

Колдуна куда больше интересовало, как бы убедить “хозяина” проплыть Гарибу и отправиться… да в ту же Ямму. Что-то подсказывало, что просто так Амин не согласится…

И, задумавшись, даже Насим пропустил, как прямо во время рассказа о темноте фигура Амина сверкнула золотом… и исчезла, растворившись в воздухе.

- Это… это что? - первым обрёл дар речи Захир. - Испытание ещё не закончено? Эй, малец… эй, ты там в порядке?

Насим упал на колени, вцепившись руками в волосы.

Уж портал-то он и спустя десяток лет бы узнал. И узнал, к кому Амина отнесло…

Прощай надежда избавиться от проклятья - ещё лет на сотню точно.

Шайтан, ну почему же так не везёт!

***

- Поздравляю, ибни.

Амин с трудом открыл глаза. Голова трещала и была такой же тяжёлой, как здоровенный мешок с золотом… или с персиками, которые Амин в Бакхре на всю жизнь натаскался.

- Поздравляю, - повторил голос. - Ты выиграл Испытание.

Амин перевёл взгляд на руки, спохватившись, сообразил, что крокодила у него уже нет. И с трудом сфокусировал взгляд на стоящем над ним человеке.

Мужчина. Не юный, но ещё молодой, красивый, в дорогой - даже очень дорогой - но не вычурной одежде.

А от насмешливого взгляда Амин поёжился. Но вспомнил, где слышал этот голос и попытался сползти софы на укрытый пушистым ковром пол.

- Ну-ну, ибни, - усмехнулся мужчина. - Я, конечно, султан, но кланяться мне не нужно. Это совсем не то, что я от тебя сейчас хочу. Встань.

Голова кружилась, слова застряли в горле, и Амин смог лишь, пошатываясь, встать.

Султан великой Гарибы продолжал смотреть на него, усмехаясь.

- Что ж, ибни, теперь ты, наверное, ждёшь, то я покажу тебе твой выигрыш? Иди-ка сюда, - и указал юноше на кровать в дальнем углу комнаты.

Амин бездумно - лишь потому, что приказали - подошёл. Присмотрелся. И, пошатнувшись, схватился за один из столбиков кровати

Среди подушек и дорогого шёлкового сукна лежала девушка, прекрасная, как заря. Кожа благородного цвета слоновой кости, тёмные чарующие глаза, высокие скулы, правильной формы нос, манящие губы…

Амин узнал её.

- Видишь ли, ибни, - протянул султан, подойдя к кровати и склоняясь над девушкой. - На самом деле у меня нет дочери. И никогда не было. Но мне пришлось придумать эту ложь, чтобы заманить сюда отчаянных глупцов со всего мира. А она, - султан подцепил тёмный, переливающийся локон, пропустил сквозь пальцы, - она любит бесстрашных глупцов. Впрочем, я не особенно надеялся, что эта ловушка сработает, слишком грубо для неё, она обходила куда более сложные капканы. Она сбежала даже отсюда, хотя была у меня в руках.