Стараясь не наступать на дымящиеся угли, я прошёл вдоль длинного, покореженного борта, и оказавшись перед огромной дымящейся кучей, озадачено замер. Что-то громоздкое, своим внешним видом напоминающее огромный рояль, лежало на боку, присыпанное обломками и пеплом.

С парусными судами девятнадцатого века я дела практически не имел, так, плавал в качестве пассажира парочку раз, но не мог представить для каких целей на корабле «это». Понятно что не совсем правильное сравнение, вот только сравнить мне было больше не с чем, секрет своих воздушных судов островитяне держали в строжайшем секрете. Но главное тут даже не это, меня насторожил исходящий от предмета легкий магический фон. Если проводить параллели — а мозгу проще запоминать запахи, «пахло» так, будто кто-то пролил машинное масло.

А может это и есть «мотор» агрегата? С виду непохож, но откуда мне знать как должно выглядеть сие чудо?

Стопроцентной уверенности, конечно, не было, от предмета фонило не так чтобы сильно, но в любом случае наличие магического трофея было весьма кстати.

Подойдя ближе, я попробовал сдвинуть находку, но смог только слегка расшатать. Внешне абсолютно цельная конструкция, но в то же время материал разный, как по цвету, так и на ощупь. Никаких отверстий, кнопочек или рычажков не обнаружилось, но это ничего не значило, вполне возможно что они есть, просто с другой стороны.

Поковырявшись с непонятной штуковиной ещё какое-то время, я двинулся дальше, надеясь отыскать что-нибудь более интересное.

Не считая мертвых японцев — а я наткнулся уже на несколько полуобгоревших тел, повсюду валялась посуда, — где-то целая, где-то не очень, одежда — точнее то, что от неё осталось, куски мебели, обломки внутреннего убранства. Полезного ноль, но так, поглазеть есть на что.

Блеснув закопченным боком, моё внимание привлёк слегка помятый кубок. Тяжелый… — подкинув его в руке, примерился я. Когда берешь в руки золотую вещь, ошибиться сложно. Высокая плотность металла при его небольших размерах дает ощущение чрезмерной тяжести, что в купе с цветом и тактильными характеристиками складывается в определённую картинку. Вот как здесь. Килограмма под два, — плюс-минус, наверняка это вещь принадлежала кому-то важному на этом корабле, и если постараться, можно будет «снять» отпечатки ауры этого человека.

Отставив кубок в сторону, так чтобы и не на видное место, и чтобы не потерять, я двинулся дальше. Солнце почти село, но до темноты какое-то время у меня пока было. Вот только не успел сделать и двух шагов, как где-то неподалеку раздался писк. Словно зверек мелкий пищал, или птичка. Остановившись, я прислушался. Писк повторился, и мне удалось локализовать направление. Пищало из-под груды обломков, и теперь мне уже не казалось что это зверь или птица, издаваемые звуки больше напоминали хныкание ребенка.

Осторожно приподняв здоровенную доску, я замер, внутри, придавленный деревяшками, лежал младенец. Маленький, весь перепачканный сажей, он смотрел на меня серьёзным немигающим взглядом.

Глава 21

Завернутый в тугую пеленку, совсем маленький, с посиневшим крохотным личиком, он только и мог что тихонько попискивать.

— Как же тебя взять-то? — пробормотал я, примериваясь к крохотному тельцу. — Или позвать кого?

Наверное, выгляди он поуверенней, я бы сходил за женщинами, но вид у младенца был такой, будто он вот-вот отдаст богу душу.