— Разворачивай!

Следующая цель — чужая пехота, находилась уже на значительном удалении, поэтому вместо картечи в ход пошли ядра.

— Заряжай! Цельсь!

Прежде чем дать команду «огонь» я проверил работу наводчиков и убедившись что всё более-менее в норме, отошёл к своему орудию.

— Пли!

Ядра — не картечь, и урон от них хоть и более фатальный — выжить при попадании ядра практически нереально, но в то же время по площади куда менее масштабный. И хотя все семь снарядов легли в цель, выбить удалось не больше десятка пехотинцев. Понятно что это немного и будь противник посмекалистей, вполне мог бы придумать что-нибудь в ответ, но пушечные выстрелы вызывали такую панику и недоумение, что ни о каких «контрмерах» речи не шло.

— Заряжай!

Второй залп вышел чуть более удачным, и наседавший на шереметьевцев строй стал распадаться на мелкие группы.

— Пли! — оглушающе рявкнув, ушли очередные снаряды, но в этот раз почти без урона, может сообразив что к чему, а может и запаниковав окончательно, пехотинцы рассеялись, и сейчас разбегались в разные стороны. Стрелять по рассеянным кучкам толку большого нет, тем более что появилась новая цель — со стен вновь полетели стрелы.

— Разворачивай! — скомандовал я, наваливаясь на орудие.

Но лучники на стенах уже поняли откуда по ним прилетает, и в каком случае, поэтому не дожидаясь продолжения, снова попрятались.

— Ядрами! Тройной заряд! — бить картечью в надежде кого-нибудь зацепить, мне казалось бестолковым, а вот пробить брешь в стене, выглядело вполне реально. Тем более основная часть моего войска откровенно скучала, и нужно было найти им занятие. Подозвав Ивана, я наскоро объяснил ему задумку, тот просиял, и убежал выполнять. Конечно полной уверенности в том что ядра справятся с задачей у меня не было, всё же стену не дети ставили, но, как говорится, — не попробуешь, не узнаешь.

Пробежавшись по расчётам, я проверил каждое из орудий, и убедившись что все нацелены примерно в одно место, скомандовал,

— Пли!

Глава 15

А забор действительно оказался просто забором. Разметав первым же залпом целый ряд брёвен, ядра пробили широкий проём, в который сразу же хлынули почуявшие запах победы воины.

Победа. Это была именно она. Может не совсем полноценная — без наголову разбитых орд, но всё же. Дожимавшая шереметьевцев пехота, панически разбежалась, выстроившиеся за ней лучники так же отходили, и даже не принимавшая участия в бою конница, хоть и без паники, уверенно сдвигалась в сторону границы.

Гарнизон же самого Валиевского логова изначально был слабоват, и не мог оказать достойного сопротивления.

Когда я заходил в пробитый ядрами проём, всё было уже кончено. Многих убили, но большинство предпочло сдаться в плен.

И ведь это всего семь орудий. А что будет когда я соберу полноценную армию?

Нет, я хорошо понимал что одними пушками войну не выиграть, и армия, — настоящая армия, это сложнейший механизм, совершенная машина где крутятся десятки, сотни различных шестерней, валиков и колесиков. И все они настолько взаимосвязаны, что если хромает что-то одно, обязательно захромает и всё остальное. А у меня, если рассуждать абстрактно, пока была только первая, главная шестерня и парочка небольших колёсиков.