|
Удар швырнул Хорька к противоположной двери, и пистолет-пулемет выпал у него из рук. Твою мать, откуда все это? Его крошечный примитивный мозг заполнился звездами, фейерверками, ослепительными вспышками и прочими оптическими эффектами, и ему пришлось хорошенько тряхнуть головой, чтобы вернуться к реальности. Хорек нагнулся, нащупал оружие, подобрал его, проявил сообразительность, проверив, что магазин по-прежнему на месте и затвор взведен, и выпрямился, собираясь снова вступить в бой, но тут его ослепили сверкнувшие одна за другой четыре яркие вспышки. Это тот тип выстрелил через два капота в ветровое стекло, за которым оглушенный Тино все еще возился с ремнем безопасности; Тино так и не успел его отстегнуть — пули прошили его грудь и голову. Хорьку в лицо брызнул фонтан горячей крови. Испустив нечленораздельное восклицание, выражающее сожаление, Тино обмяк и повалился влево, словно мешок с картошкой. Хорек вскинул пистолет-пулемет — теперь оружие показалось ему таким длинным — и, направив его туда, откуда стреляли в Тино, выпустил длинную очередь, разбившую ко всем чертям три толстых автомобильных стекла: переднее правое его собственной машины, левое переднее «импалы» и то, что осталось от ветрового стекла; одни пули попали в капот, высекая снопы искр и превращая в пыль автомобильную краску, другие туда, где только что находился стрелявший, однако его там уже не было.
Хорек локтем нажал на ручку дверцы позади себя и вывалился из машины. Упав на землю, он тотчас же поднялся, принял стойку стрелка и огляделся по сторонам. Вокруг было совершенно тихо. Шум улицы смолк, движение остановилось, люди застыли неподвижно или спаслись бегством, позволяя игрокам самим довести драму с оружием до конца. Впервые в жизни Хорек испытал страх. Его мочевой пузырь едва не опорожнился; ледяная вода, поначалу заполнившая жилы, устремилась затем в толстую кишку. Этот тип — настоящий профи. Он знает свое дело, твою мать. Как ему удалось настолько быстро схватиться за оружие? Обычно, как только начинали свистеть пули, даже самые закаленные фараоны впадали в ступор и им требовались секунды, а то и минуты, чтобы прийти в себя и начать действовать; именно за счет этого замешательства Хорек и зарабатывал себе на жизнь. Но только не сегодня. «Шевелись!» — приказал себе Хорек. Чуть приподнявшись, он снова выглянул поверх горизонта битого стекла, продырявленных пулями машин, клубящегося дыма и рассеянного света, ища цель, но не нашел ее. Хорек понял: враг собирается его прикончить, а для этого обойдет спереди столкнувшиеся машины и спрячется за бампером их автомобиля; тогда у врага будет укрытие, а у него, Хорька, — нет. Эта мысль подстегнула Хорька. Он прополз влево вдоль машины, нырнул за багажник и почувствовал себя в относительной безопасности, и тут его осенила блестящая идея. Надо выстрелить под автомобилем. Упав на четвереньки, Хорек засунул пушку под днище машины и выпустил дугу девятимиллиметровых пуль. Оружие задергалось у него в руках, из дула вырвались вспышки, пули выбивали куски асфальта, стараясь отыскать ноги второго стрелка. Несомненно, хотя бы одна их найдет, враг рухнет на землю, и тогда Хорек зайдет сзади, прикончит его и скроется в переулке. Хорек даже подумал: а получит ли он десять косарей Тино? Но стрелок не сидел на корточках за машиной. Его ноги не стали доступной для Хорька целью. Вместо этого, предугадав, каким будет следующий ход противника, он забрался на капот «импалы», шестью проворными прыжками перебежал через крышу на багажник и остановился над Хорьком, который по-прежнему стоял на четвереньках, засунув пистолет-пулемет под днище. — Брось оружие, — велел стрелок, хотя оба понимали, что у Хорька шансов сделать это не больше, чем снять штаны. Хорек отпрянул, пытаясь высвободить свое оружие, и высокий ковбой трижды мастерски выстрелил ему в грудь, так быстро, словно из пулемета. |
