— Кухня еще открыта? — спросил Ник метрдотеля.

— Вы как раз успели, сэр.

— Если так проще, я могу поужинать в баре.

— Нет, у нас есть свободные столики. Сюда, будьте добры.

Ник проследовал за метрдотелем по залу, заполненному на три четверти, к угловому столику на двоих, с удовлетворением отметив уединение и полумрак. Первым делом он заказал выпить, поскольку определенно не был при исполнении служебных обязанностей и не имел при себе ничего, кроме кредитных карточек.

— Бурбон с содовой.

— Какую-нибудь конкретную марку, сэр?

— Разумеется. «Ноб крик», пожалуйста.

— Отличный выбор, сэр.

Изучив меню, Ник остановился на том, что обычно заказывал: салат, слегка поджаренное филе говядины, пюре, и никакой спаржи — можно позволить себе эту роскошь, пока Салли не рядом. Ник погрузился в раздумья, наслаждаясь тем, как милосердный бурбон притупляет восприятие окружающего. Он пытался решить, как быть дальше, прекрасно осознавая, что все его движения зависят от следующего шага Бюро.

Неужели его официально уволят? Такое возможно. Скорее, ему поручат какую-нибудь второстепенную работу — гм, интересно, завершились ли поиски настоящего отца дочки Сары Пэйлин? — а тем временем отдел профессиональной этики будет изучать его дело; потом ему сообщат о начале слушания, он должен будет пригласить адвоката, последует бюрократическая возня, и что будет, то будет.

На столик упала чья-то тень.

Ник поднял глаза.

— Я так и думал, что это будете вы, — заметил он. — Хорошо хоть не Банджакс.

— Привет, Ник, — поздоровался Билл Феддерс. — Надеюсь, вы меня не прогоните. Нам нужно поговорить.

— Конечно, Билл, — кивнул Ник. — Присаживайтесь. Официант, принесите мистеру Феддерсу выпить, что он пожелает, и запишите на мой счет.

— О, какие мы щедрые, — улыбнулся Феддерс. — Позвольте мне самому заплатить за себя. Это меньшее, что я могу для вас сделать.

Он заказал водку с сухим мартини, объяснив, что под «сухим» он понимает следующее: оливка обязательно должна прочитать этикетку на бутылке и убедиться, что это действительно сухой вермут.

Ник нашел его замечание смешным, но у него возникли подозрения, что это одна из расхожих шуток Феддерса, которые известны всему Вашингтону. И сам он прежде ее не слышал лишь потому, что вращался слишком далеко от знаменитой орбиты Феддерса.

— Итак, Ник, — начал Билл.

— Итак, Билл, — отозвался Ник.

Принесли водку с мартини, и Феддерс провозгласил тост:

— Ник, выпьем за вас. Вы всегда мне нравились. Последние события произошли вовсе не потому, что вы кому-то не нравитесь. Вы чертовски хороший парень и чертовски хороший агент.

— Спасибо на теплом слове, — ответил Ник.

— Еще не поздно. Позвоните директору, убедите его, что вынужденное безделье позволило вам собраться с мыслями по этому расследованию и теперь вы на сто процентов готовы двигаться вперед. Выдайте отчет, повесьте на дело табличку «ЗАКРЫТО» и забудьте обо всем, как о кошмарном сне. Тогда, возможно, те силы, которые сейчас словно сговорились вас уничтожить, вдруг захотят вам помочь.

— И как быстро вы сможете все устроить? — поинтересовался Ник. — Неужели вы способны остановить «Таймс» в середине прыжка, заставить ее развернуться в полете и начать меня поддерживать?

— Ник, вы определенно преувеличиваете мое могущество.