Нормально. Не меньше десяти процентов, уже неплохо. А передачи контроля над телом я не боялся. Хрен тут кто кроме меня справится с поставленной задачей. И Бумажница это прекрасно понимает.

Все иллюзии рухнули в одно мгновение. Никакого больше океана глазами солевого наркомана — все те же дома, заброшенная высотка, асфальтированная улица и лежащий навзничь «омоновец». Забавно, я думал, что его одежда это тоже фейк. Оказалось, что нет. Он создавал своих иллюзорных миньонов по своему образу и подобию.

— Даже не пытайся, — крикнул я недотепе, который изумленно похлопал пару секунд глазами, пробуя применить способность, после чего потянулся к «Абакану».

Для убедительности Шустрые побеги заскользили по телу «омоновца», плотнее опутывая его. Пока не добрались до рук. Автомат я откинул чуть подальше, после чего сбросил лианы и схватился уже за «Калаш». Жестом давая понять, что лучше сейчас не делать глупостей.

Конечно, самым разумным и быстрым решением было бы убить этого наглеца прямо сейчас. Вот только у него было кое-что, что он мог подарить мне. Например, живая энергия. К тому же немного времени, пока у него не работали способности, у меня имелось. Поэтому полностью ощущал себя хозяином положения. Но и медлить не стал, а сразу направился к лежащему на земле.

Тот даже не пытался подняться, понимая, что сопротивляться сейчас самое худшее, что он может придумать. Забавно, как быстро меняется положение. Не так давно я был готов поднять лапки вверх. Все как в жизни. Не зря же придумали поговорку про колодец и плевки.

Перво-наперво я стянул с него балаклаву. Не любил разговаривать с человеком, не видя его лица. А раз у меня было немного времени, то имело смысл чуть-чуть расспросить незнакомца о его житье-бытье. Сколько человек в лагере, где он находится, как он предпочитает умереть и всякое такое.

— Ты кто? — спросил я.

Молодой пацан с глубокими рубцами на щеках от угревой сыпи, смотрел на меня внимательно, но без всякого страха. Словно каждый день только и делал, что умирал. Даже поправил прямые светлые волоса, сползшие на лоб. Возрастом он был всего на пару лет старше Крыла.

— Меня называют Иллюзио, — сказал он не без гордости.

— Хрелюзио. И кто тебя так называет?

Простой вопрос поставил собеседника в тупик.

— Ладно, — признался он, чуть покраснев. — Я себя так называю.

— Замечательно, но запоминать я не буду. Про способность вроде понял, но ты все равно расскажи подробнее. А еще, где твой лагерь, сколько там человек, как вы вооружены?

— Да какой лагерь? — внезапно рассмеялся Иллюзио, даже попытался подняться на локтях. Но легкий тычок в грудь прикладом привел его в чувство, а то совсем расслабился, хвост волчий. — Нет никакого лагеря. Где заснули, там и лагерь. А из всех людей у меня только Никитка.

— Что еще за Никитка? — насторожился я.

— Так вон он, — указал Иллюзио мне за спину.

Трюк был старый, поэтому я не повелся. Но судя по выражению лица собеседника, простому как три копейки, он и не собирался врать. Интересно, как с такой манерой ведения переговоров Иллюзио вообще дожил до нынешних времен. Поэтому спустя несколько секунд я все же повернулся и обнаружил того самого шизофреника, который даже не пытался смотреть в нашу сторону, а продолжил свой путь в неизвестность.

— Никитка? — удивился я.

— Ага. Хотя справедливости ради, это не он со мной, а я с ним.

— Значит, ты с ним как-то договариваешься?

— Пытаюсь, — опять приподнялся на локтях Иллюзио. Он понял, что прямо сейчас по зубам его бить не будут, поэтому осмелел.