Сейчас я смотрел на поверженного гиганта, не самого большого демона убитого в Городе, и понимал, что его план не удался. А мой, будем надеяться, выгорит. Проход к мосту свободен. И пока защитники испуганы и деморализованы, надо спешить. Другого случая может не представиться.

Я дал сигнал и первым спустился вниз. Вышел наружу через обычную нормальную дверь, а не окно. И сразу укрылся за обломками упавшей крыши, осматривая окрестности. Следом появился Слепой и Алиса. Последней я дал короткие указания и та, пригибаясь, побежала за Громушей и Крылом. Я же смотрел на Никитку, который наконец добрался до кристалла. Вот только поглотив его, он не остановился, а после медленно побрел к ближайшему трупу.

Творение наших рук поражало. Широкая магистраль, пустырь впереди и мертвые люди. Которых я даже не пытался подсчитать. По-хорошему, сейчас бы собрать весь хабар с трупов. Вот только у меня на душе кошки заскребли. Невероятным усилием воли я заставил себя отдать приказ Слепому прикрывать и все-таки добежал до ближайших защитников, набирая себе кристаллы и патроны. А когда вернулся к полуразрушенному зданию, подоспели и Алиса с Крылом и Громушей.

Пацан выглядел таким бледным, будто привидение увидел. Он пытался не смотреть по сторонам, но то и дело непроизвольно скашивал глаза. Ну вот, а еще говорят, что и к смертям постепенно привыкаешь. Может быть дело, конечно, в том, что прошло довольно мало времени.

Да и Гром-баба выглядела мрачнее обычного. Она до сих пор не вывалилась из боевого режима, отчего ее сжатая челюсть выглядела монументально. Первой ожила Алиса.

— Надо брать Никитку и валить отсюда, — сказала она.

— Возьмешь ты его, как же, — с сомнением ответил Слепой. — Он пока вше кришталлы не шоберет здешь, не ушпокоитшя.

— Крыл метнется, пролетит по-быстрому и в путь, — не успокаивалась Алиса.

— Я… если надо, — еще больше побледнел Крыл, хотя казалось дальше некуда.

— Не полетит Крыл никуда, — раскатистым голосом ответила Громуша. Кровавая ведьма было встрепенулась, однако Гром-баба повелительно указала куда-то рукой, добавив короткое: — Никитка все.

Первой моей мыслью было, что все-таки и на лом нашли свой прием. Может, защитники применили какое-то оружие, запрещенное женевской конвенцией или что-то вроде того. Все оказалось гораздо проще.

Наш шизофреник сидел на дороге возле одного из убитых и радостно пускал слюни. Смотрел в пустоту и улыбался, совсем как обдолбанный наркоман. Да что там, он и оказался самым обычным наркоманом. Только его дозой были кристаллы. Никитка утолил свой голод и вошел в состояние близкое к нирване. Наверное, сейчас он был счастливее нас всех. Хотя я не мог сказать, что завидовал ему.

— Мы можем тащить его с собой, — предложила Алиса. — Никто же не говорил, что его нельзя пленить.

— И что? — пожал плечами я. — Когда он вновь вернется к относительно адекватному состоянию? Иллюзио говорил, что с каждым разом провалы Никитки становятся все длиннее. Или выставишь его на манер щита? Скажем ему спасибо и двинем дальше. Мавр свое дело сделал. Так что идем.

— С того толстого бы кристалл забрать, — мечтательно протянула Алиса, но тут же осеклась под моим жестким взглядом.