В роли последней были несколько существ. Человек-лед, пулявший кусками собственного тела, которые разрывались возле окон. С виду вполне себе приятный блондин, глаза которого на мгновение загорелись красным и он вдарил лазерами. Ну, или чем-то похожим. Дом, конечно, не располовинило, однако тот смог отрезать несколько крупных кусков, обнажив ряд комнат. И тот самый культурист, запросто поднявший ближайшую машину и метнувший в здание с такой силой, что после попадания пол под ногами мелко задрожал. Дурак, а если бы попал?

Но больше всего мне не понравилось даже не это. А едва заметное серебристое свечение, исходившее от Обезьян Обезьяныча. Свечение, которого были лишены его подопечные. Те самые простые люди. Что весьма обескуражило. Потому что я впервые встретил сообщество смертных, которыми управлял демон.

Глава 14

Город не переставал меня удивлять. Мне вообще казалось, что проживи тут тысячу лет, все равно вряд ли сможешь привыкнуть к бесконечной фантазии создателя этого места. Может, оттого Голос так и держится за свое кресло двумя рогами?

Самое важное в здешних реалиях — уметь изумлять противника в ответ. Так, чтобы у него одновременно глаза на лоб лезли, кишечник самопроизвольно очищался, а из множества житейских мыслей появлялась только одна, философская — «Какого хера я здесь делаю?».

Поэтому я и побежал к противоположному выходу из дома, петляя по комнатам. Свесился из окна и залихватски свистнул, пытаясь перебить звуки крошащегося под ударами артиллерии здания. Слава Отцу и его сыновьям из многочисленных религий, которых вроде бы тоже принято благодарить и восхвалять, Громуша не отличалась тугоухостью. Она сразу услышала призыв о помощи, на всякий случай нащупала меня глазами, а после достала крупный кристалл и ткнула его под нос Никитке. Только когда парень протянул руку, Гром-баба шагнула назад, размахнулась, переходя в режим боевой трансформации, и метнула камешек навстречу атакующим.

Наш шизофреник помедлил немного, как старенький комп, на котором пытаются запустить современную программу, а потом неторопливо (по-другому он и не умел) поплелся вслед за кристаллом. Я тут же бросился обратно. Только теперь в другую квартиру. В прошлой вместо стены уже красовалась наполовину обрушенная плита, напоминая один оставшийся зуб у алкоголика. Странно, кстати, именно сейчас пить не хотелось. Так чего доброго и пить можно бросить. Ужас какой!

Как там было в рекламе? Твоя жизнь сплошная скука, но все меняется, когда приходит он. Никитка. Так и произошло.

Хотя сначала атакующие, увлекшиеся просмотром разрушения здания, в котором спрятался подлый враг, даже не заметили появления одинокой фигуры. Ответная стрельба закончилась, поэтому местные били почти вслепую. Точнее по тем местам, где мы ранее засветились. Не понимая, что стрелки давно могли уже передислоцироваться. К примеру, я взобрался на этаж повыше и теперь наблюдал из угловой квартиры за этим концертом.

И вот наконец кто-то из спрятавшихся за теми самыми бетонными сваями закричал нечто невразумительное, после чего замахал рукой. Само собой, указывая в сторону Никитки. Его призыв, состоящий в общем-то из междометий имел следующий смысл: «Чужой, враг, ходить».

Впрочем, остальные его вполне себе неплохо поняли. Первым отреагировал тот самый блондинчик с коньюктивитом. Он мигом забыл про разрушение здания, переведя взгляд на причину беспокойства, и включил лазер в положение «on». И почти тут же свалился, перерезанный по диагонали. Даже сказать ничего не успел. Пиши письма из Преисподнии, супермен недоделанный.

Как обычно поступают люди в условиях апокалипсиса или прочей жопы? Благоразумно анализируют сложившееся положение и ищут пути выхода из нее? Или начинают истерить и шмалять почем зря? Думаю, ответ на подобный вопрос был очевиден.