– Спасибо, господин. Мои люди обеспечат вам безопасный выход, чтобы к вам больше никто не приставал.

Галлы в нескольких местах подожгли город, и сейчас пожары распространились повсюду, исторгая в небо клубы густого черного дыма. Я смотрел, как уцелевших римлян выводят по дороге – грустная толпа бездомных и несчастных людей угрюмо брела по дорожным плитам. Но, по крайней мере, они остались в живых и были в своей родной стране.

Мы догнали Акмона и его воинов в миле от города. Галлов нигде не наблюдалось. Три часа спустя мы догнали наше войско, которое встало лагерем милях в пятнадцати от Форума Аннии. Лагерь раскинулся на равнине, сбоку от заросших лесом склонов гор и между их отрогами. Как обычно – и у меня это всегда вызывало улыбку, – бывший римский лагерь был разбит в самом центре и являл собой аккуратные улицы между кварталами палаток. Отпустив своих людей и отправив их разыскивать нашу стоянку, я поехал в этот римский лагерь.

Спартака я нашел в его шатре, он сидел на стуле и выглядел усталым и вымотанным. На лице наросла щетина, он давно не брился, под глазами виднелись черные круги. Он поднял руку в знак приветствия, когда увидел меня, и поманил к себе, велев садиться. Из задней части шатра появилась Клавдия, она тоже выглядела очень усталой.

– Тяжело пришлось? – спросил я, когда она налила мне в чашу вина и села рядом с мужем.

– Я уж думал, конца этому не будет! – ответил он.

– А где Галлия? – спросил я.

Это вызвало у Клавдии улыбку.

– Не беспокойся, мой юный друг, твоя возлюбленная в безопасности, ее хорошо защищают твои всадники. Они с Дианой в лагере конницы.

Я почувствовал, что краснею.

– Нет, я хотел спросить, в безопасности ли Галлия и все остальные?

– Конечно, именно это ты и хотел спросить, – насмешливо ответила Клавдия.

Спартак был явно не в настроении для неуместных шуточек.

– Где римляне?

– Их пока не видать, – ответил я.

Он изучающе посмотрел на меня сузившимися, налитыми кровью глазами.

– Как мне доложили, ты прошел через Форум Аннии.

Интересно, что еще ему доложили.

– Прошел. Через то, что от него осталось.

– Тебе не нравятся методы Крикса?

– Мне и сам Крикс не нравится, – сказал я.

– И мне тоже, – добавила Клавдия.

– Может, тебе интересно будет узнать, что Крикс был серьезно ранен в голову при штурме города. Как я подозреваю, гарнизон оказал гораздо более серьезное сопротивление, чем мы ожидали. Именно поэтому его люди впали в буйство и неистовство, когда ворвались внутрь. Они потеряли почти четыреста человек убитыми, когда штурмовали стены. А Крикс сейчас лежит у себя в палатке и мучается головной болью.

– Жаль, что ему вообще не снесли башку, – сказал я.

Спартак улыбнулся.

– И что вы двое предлагаете с ним делать? Убить? Прогнать? Если я это сделаю, то потеряю четверть войска. Проблема в том, что римское войско уже на подходе и мне нужен каждый человек, и особенно те, кому нравится убивать римлян.

– Ему, несомненно, это нравится, – с горечью заметил я.

Спартак скривился.

– Нужда заставляет, Пакор. Наше войско связывает и сплачивает страх перед римлянами и ненависть к ним, но эта связь непрочная.