– Все нормально. Ровно тридцать пять тысяч. Этот ублюдок нас не обманул.

По комнате прошёл радостный вздох облегчения, а я не поверила своим ушам – настолько услышанное не совпадало с тем, что я видела. Она же прекрасно поняла, что там простые бумажки! С этого момента я окончательно перестала что-либо соображать.

– Значит, ты довольна, племянница? – пророкотал Бугор, наливая себе водки. – Как видишь, я все сделал, все выполнил, как ты хотела. Передай отцу, что я ему теперь ничего не должен. – Он махнул рюмку и хитро прищурился. – В тот раз ты что-то там говорила насчёт моей доли, или мне просто показалось?

– Да нет, почему же, – она повернулась к нему. – Ты получишь свою половину. Только не сейчас.

– Это почему же? – сразу насторожился Бугор, и лица «шестёрок» тут же возмущённо вытянулись. Крест с Беном, скромно стоявшие у окна, тоже вопросительно подняли брови.

– Сначала закончите все, – не терпящим возражения тоном произнесла она.

– Деньги от вас никуда не денутся. А я должна быть уверена, что все прошло гладко и никто никогда ни о чем не узнает. Ты понимаешь меня, дядя Коля?

Бугор раскрыл рот, желая что-то сказать, но потом передумал, досадливо махнул рукой и буркнул:

– Как скажешь, Зулия. Но ты зря беспокоишься.

– Это ещё почему? – Как и дядя, она полезла рукой в тарелку с грибами, выудила один и задумчиво сунула в рот.

Что у неё там творилось в мозгах, о чем она думала – было непонятно.

Что заставило её скрыть от присутствующих то, что денег в сумке нет, и почему она так странно себя ведёт? Ясно ведь, что все рано или поздно вскроется. Да и я сама прямо сейчас могла бы выступить с заявлением, что она врёт, что никаких денег они не увидят, потому как их надули, будто последних щенков. Но почему-то мне не очень хотелось это делать. Пока меня никто не трогал, и то хорошо. Зачем самой нарываться на лишние неприятности? Они и так мимо меня не пройдут. А так, может, и об Ольге наконец заговорят…

– Потому что моя фирма веников не вяжет, – обиженно проговорил Бугор. – Ты ведь не первая, кто ко мне обращается. И ещё никто не жаловался. Я в нашей округе лучший спец по тёмным делишкам. Поэтому, если говорю, что все тип-топ, значит, так тому и быть. Правильно, Гришка? – Он посмотрел на вторую «шестёрку».

– А как же иначе-то? – тот важно надулся. – Недаром слава идёт, а как же…

– Ладно, хватит, – Зулия поднялась, не выпуская сумки из рук. – Доделайте все, а потом получите свои бабки. Я хочу, чтобы они вообще исчезли, ясно? Будто и не жили никогда. Сожгите или в кислоте растворите – мне все равно, но чтобы никаких следов не осталось. Все, тащите её…

С этими словами она подошла к двери, бросила на меня уничтожающий взгляд и вышла вместе с сумкой.

Я посмотрела на бандитов.

– Вот ведь стерва, – проворчал Бугор, ни на кого не глядя. – Много повидал на своём веку, а таких ещё не встречал.

– А кто она такая? – поинтересовался Крест. – Узбечка, что ли?

– Не, казашка. Её палец начальником зоны в Джезказгане работает. Много хорошего для меня сделал в своё время. Понимает нашего брата, сочувствует, так сказать. А теперь вот попросил дочери помочь по старой дружбе, – он ухмыльнулся.