— Скажу мальчишкам, чтобы сюда принесли, — сказал Дженкс, отбрасывая волосы с глаз. — Там у нас и носилки найдутся. Смотри только, Дэвид, не офонарей сразу.

Он метнулся обратно в окно, и пока Дэвид смотрел на часы и переминался с ноги на ногу, я открыла окно полностью, сражаясь с разбухшей от дождя рамой. Сетка вывалилась наружу, и вдруг воздух показался намного свежее.

— Это никак не связано с тем вервольфом, что дежурит в конце квартала? — сухо спросил Дэвид.

Опа. Я повернулась, глядя прежде всего на Айви, сидящую у ее компьютера. Я не говорила ей, что Бретт меня преследует, зная, что она тут же взбесится. Будто я как-нибудь не разберусь с одним-единственным вервольфом, который еще и меня боится. Конечно, она сидела и хмурилась.

— Ты его видел? — спросила я, поворачиваясь к Айви спиной и подвигая кастрюльку к Кистену.

Дэвид переступил с ноги на ногу, посмотрел на Кистена, который равнодушно размазывал соус по тесту.

— Видел. И запах его учуял. И чуть не уронил сотовый в канаву, когда звонил тебе, чтобы узнать, не попросить ли мне его, гм, удалиться, а он… гм…

Настало снова молчание, нарушаемое пронзительными свистками пикси из сада. Дэвид покраснел, мотнул головой, потер рукой щетину.

— Он что? — спросила я сухо.

Дэвиду было очень не по себе.

— Он… — покосившись на Айви, он выпалил: — Он мне показал с той стороны улицы «зайкин поцелуйчик».

Айви рот раскрыла от удивления, посмотрела на меня, на Кистена:

Простите?

Ну, вы знаете. — Он сделал рукой знак «V» и быстро два раза подряд согнул пальцы. — Чмок-чмок? Это такой вампирский… обычай?

Кистен засмеялся, и теплый этот звук был мне приятен.

Рэйчел, — сказал он, посыпая красный соус сыром, — что ты сделала такое, что заставило его покинуть стаю и приехать за тобой аж сюда? С виду это выглядит так, будто он пытается втереться в твою стаю.

Бретт не покинул стаю. Думаю, стая его выгнала, — ответила я и запнулась. — А ты тоже знал, что он здесь?

Кистен пожал плечами, жуя кусочек бекона. Я тоже один съела, впервые прикидывая возможность, что Бретт ищет новую стаю. Я ему спасла жизнь — в определенном смысле.

В окно влетел Дженкс и стал закладывать круги вокруг Рекс, пока кошка не заверещала от отчаяния. Дженкс, засмеявшись, вывел ее в коридор, а через подоконник перевалились пятеро его детишек, держа нечто вроде черных кружевных трусиков, в которых лежала статуэтка, как на носилках.

— Это ж мои! — завизжала Айви, вскакивая и бросаясь к мойке. — Дженкс!

Пикси бросились врассыпную, обернутая черным шелком статуэтка упала Айви в руку.

— Это мои! — крикнула она еще раз. Красная от гнева и смущения, она сорвала трусы со статуи и сунула себе в карман. — Дженкс, черт бы вас побрал, не суйтесь ко мне в комнату!

Дженкс влетел в окно, держась под самым потолком. Рекс шла под ним, крадучись, легкими шагами. Глаза у нее горели.

— Черт побери! — воскликнул он, выписывая круги вокруг Айви и оставляя в воздухе ленты золотой пыльцы, — Это как же твои трусы попали в мою гостиную?

Впорхнула Маталина в развевающемся зеленом шелковом платье, с извиняющимися глазами. Тут же Дженкс подлетел к ней — не знаю, дело в радости от того, что он снова с Маталиной, или же в скованности, которую он испытал в человеческом облике, но он стал намного быстрее.