Слишком много горя. Паоло решил не трогать Кэролайн на этот раз, пусть успокоится чуть-чуть. Да и Джине нужен покой.

Когда через пять минут Паоло проходил мимо двери Кэролайн, то увидел полоску света под дверью. Кажется, она не спит. И действительно, прислушавшись, он понял, что она тихонько плачет.

— Можешь, конечно, прогнать меня, Кэролайн, но я все равно зайду, — сказал он.

— А зачем? Чтобы увидеть меня заплаканную и порадоваться на это зрелище?

— Впусти меня, и мы проясним ситуацию, — ответил он, не желая разговаривать через дверь.

Дверь скрипнула и чуть-чуть открылась.

Паоло, ловко воспользовавшись ситуацией, проскользнул в небольшую щелочку и таким образом оказался в ее комнате.

— Боишься установить дружеские контакты с врагом?

— Да. Возможно, я была воспитана в старинных обычаях, но тем не менее я их впитала в себя с молоком матери. И один из таких обычаев гласит: незамужняя дама не должна приглашать к себе кавалера на ночь, когда она находится у него дома.

— Строгие же у тебя устои. Неудивительно, почему тебе так понравилось тогда в хижине…

Возникла некоторая пауза, во время которой Кэролайн, успев снова вернуться на девять лет назад, немного покраснела.

— Кэролайн, — подал голос Паоло. — Я не хочу быть твоим врагом. Я попросил тебя выйти за меня замуж, и на этот раз я не передумаю. Очень надеюсь, что ты сможешь понять меня и решишь, что это мудрое решение.

— Нет, не согласна! — против воли воскликнула Кэлли. — Джина меня ненавидит, так же как и Клементе. И тебя они тоже возненавидят, когда поймут, что ты сделал из меня мачеху для них.

— Но ведь один я не смогу заботиться о них. Мне требуется помощь, да и им тоже, как бы там ни было.

— Ты не понимаешь, им нужна их семья, их родители.

И Кэролайн со слезами опустилась на кровать. Тут Паоло совершил ошибку, сев рядом с ней, потому что руки его сами собой обняли плечи девушки, а губы коснулись влажной от слез щеки. И вдруг он осознал, как сильно она нуждается в мужской поддержке. И он готов был эту женщину защищать от всего плохого в этой жизни.

Глава шестая

Кэлли могла вынести от Паоло многое: насмешку, отвращение, презрение. Это только поднимало ее боевой дух. Однако, когда он становился таким добреньким, это приводило ее в ужас.

И вдруг, к удивлению Кэлли, она обнаружила себя в его объятиях, рыдая как дитя. Все преграды были сломлены. Поток слез хлынул, и она дала волю своим чувствам. Удивительно: он не сказал ни слова. Вместо этого терпеливо ждал, пока буря закончится.

Наконец ее рыдания стали стихать. Теперь в ее душе стало так же свежо, как в летний день после дождя. Время шло, а они не очень старались изменить ситуацию, так и сидели обнявшись. И проходившие секунды отмеряли только звуки их собственных сердец. Наконец, боясь снова разбудить ее чувства, Паоло тихонько проговорил:

— Уже лучше, Кэролайн?

И она ответила, всхлипнув:

— Полагаю, да. Просто мне так трудно принять то, что Джина выпроводила меня из комнаты… — и она закрыла горящее лицо руками. — Я ведь и правда чужая для нее. Но мое сердце не может принять такое положение дел.

Паоло с удивительной нежностью погладил ее по голове.

— Ты ведь знаешь, Джине так тяжело все это осмыслить. Ведь они всего лишь дети.

— Да, — признала Кэлли, пытаясь унять жалость к самой себе. — Каждый раз, когда я думаю о смерти Ванессы, реальность ужасает меня с новой силой. Я тоже не смирилась с ее уходом от нас.

— Мы все чувствуем то же самое.