— Мы все чувствуем то же самое.

— Однако дети должны видеть, что взрослые сильнее их. Наши слезы пугают их.

— Безусловно. Именно поэтому им и нужны стабильность и уют. — Его рука замерла на полпути к ее щеке, и он снова заговорил, пытаясь справиться со своими собственными чувствами к этой женщине: — Они нуждаются в этой гармонии, дорогая моя.

А Кэлли начинала думать, что это она нуждается в нем, и даже больше, чем предполагала сама. Несмотря на логические уверения разума. Ей был нужен именно тот человек, который разрушил ее жить.

— Ты правда думаешь, что мы могли бы создать нечто вроде семьи, Паоло?

— Да, — ответил он, ни секунды не колеблясь. — Совершенно в этом уверен.

Пытаясь остаться на грани разумного, она решила броситься в атаку:

— Но помимо родственных связей с детьми, что еще есть общего между нами?

Он погладил ее по щеке.

— Да в целом ничего особенного, кроме того, что все чаще и чаще у меня возникает жгучее желание защищать тебя от всего, что может тебя задеть. Когда я вижу, что ты плачешь, у меня щемит сердце. Я хочу видеть твою улыбку, твое счастливое лицо. Несмотря на все наши ссоры, я доверяю тебе и очень хотел бы, чтобы и ты доверяла мне.

— На это потребуется время, — задумчиво произнесла Кэлли. — Это то же самое, что и уважение. Его еще нужно заслужить.

— Иногда надо просто доверять другому человеку, Кэролайн, — сказал Паоло, заглянув ей в лицо.

Ее сердце обливалось кровью.

— И ты можешь пожертвовать свою жизнь женщине, которую едва знаешь? — спросила она, желая узнать правду. Она должна быть уверена в нем. Безусловно, правда может разрушить все их радужные перспективы.

Он назначил испытательный период, но Кэлли хотела бы продлить этот эксперимент на всю жизнь Она влюбилась в него девять лет назад и поняла, что любит его до сих пор. Это глупо… но ведь она имеет законное право на детей! Что за ирония судьбы!

Она-то готовилась к битве, о которой понятия не имела. Она хотела использовать детей как оружие в свою защиту, а теперь вынуждена презирать себя за слабость и слезы.

Его лицо осветила слабая улыбка.

— Если ты правда хочешь знать, то даю тебе слово чести. До сих пор я не женился только потому, что не хотел давать обещаний Богу, которых не смог бы выполнить.

И хотя ответ мог шокировать ее, Кэлли рискнула задать роковой вопрос:

— А теперь ты сможешь выполнить эти обещания?

— Да, — ответил он с удивительной искренностью. — За последнее время многое изменилось. Этот несчастный случай, эта беда сплотила нас. Я стал смотреть на жизнь иначе. В моей жизни появились дети. Именно они должны быть для нас на первом месте. Мы должны устроить их жизнь.

— А другое? — Здравый смысл говорил ей, что не надо бы акцентировать разговор на этой теме, однако она не могла сдержаться. — Но ведь сами по себе дети не смогут придать нашему браку гармонию. Я хочу, чтобы ты это понял. Например, в нашей семье, несмотря на то что у отца было две дочери и жена, которая в нем нуждалась, он все же ушел от моей матери, оставив меня и Ванессу…

— В таком случае твой отец не заслуживает звания настоящего мужчины. Родить детей, а потом бросить их на мать — это бесчестно. Кэролайн, поверь мне, я не оставлю тебя.

— Тогда почему ты назначил для нашего брака испытательный срок в год?

— Я не хочу неволить тебя, в этом все дело. Нам надо кое-что уточнить: если наш брак не будет иметь продолжения, то только в том случае, если ты сама станешь настаивать на разрыве, — его голос понизился.