— Получается, что ты уехал, эта девушка…

— Светлана, ее зовут Светлана.

— Светлана была жива и здорова, так?

— Ну да.

— И теперь тебя обвиняют в ее смерти?

— Да нет же! Меня попросили ее опознать, и я сразу сказал им, что это не она!

— Как это? — воскликнула удивленная Женя.

— Да так. Это не она. Она совсем другая. Я же не идиот, я что, не помню, с кем провел ночь? Да я даже и не понял, как ее убили эту, другую девушку. Да и убили ли вообще. Может, она просто умерла. Смотрю, лежит девушка в красном свитере и красной юбке и ярко-красных колготках, вроде мертвая… Но ни раны нигде, ни ножа, к примеру, в боку, ни пулевого ранения… Вот просто как живая, но мертвая.

— Ее задушили подушкой, — пояснил Борис.

Он тоже был ошеломлен тем, что девушка другая, не та, с которой Иван провел ночь.

— Чертовщина какая-то, вы не находите? — обратился он одновременно и к Жене, и к Ване. — Кстати, Ваня, познакомься, это моя жена Женя.

— Привет! — Иван слабо улыбнулся, протягивая Жене руку для пожатия. — Я слышал, что вы поженились, мне отец рассказывал. Но я не мог даже представить себе, что познакомлюсь с вами при таких обстоятельствах. Это же полный бред! И на каком основании меня задержали?

— Да ни на каком. Тем более что ты, как я только что выяснил, ночевал в доме совсем с другой девушкой.

— А эта девушка, мертвая которая, кто она такая? Удалось установить личность?

— Я все выясню… Дай мне время. А пока что я сделаю все возможное, чтобы тебя отпустили под подписку.

Женя понимала, что происходит. Орудия преступления нет. Разве что подушка с биологическими следами жертвы. Конечно, ее возьмут на исследование. Но никаких улик против Ивана пока что нет!

— А когда девушка была убита? Время смерти установлено? — спросила Женя.

— Потеряхин не смог ответить мне на этот вопрос. Эксперта они так и не дождались, а труп еще здесь, его не увезли… Бардак!

— Значит, вы видели труп, да? — решила переспросить Женя, хотя и без того понимала, что Иван, конечно же, его видел.

— Если вы думаете, что я был настолько пьян, что не запомнил ее… — Иван надул щеки, развел руки, как если бы ему было трудно подобрать нужные слова, и шумно выдохнул. — Да не она это! Не она! Светлана была тоненькой, стройной девушкой, рыжей. Очень милой. Эта же девушка вообще брюнетка, и пойдите, посмотрите, она плотного телосложения. Говорю же, это совсем другой человек!

— Быть может, Светлана успела вам рассказать что-то о себе? Кто она такая? Может, подругу ждала? Я имею в виду не ту, конечно, что умерла, а какую-нибудь другую.

— Да ничего она о себе не рассказывала, кроме того, что у нее, повторяю, умерла подруга. Вернее, что она пропала и ее нет уже несколько месяцев. Поэтому все считают, что она умерла. Будь она жива, она бы давно дала о себе знать.

— А как зовут ее подругу, говорила?

— Да, ее звали Таня. И что они были как сиамские близнецы, всегда вместе.

— Она описывала свою пропавшую подругу?

— Нет, зачем? Другой вопрос, зачем ей самой было проводить время в такой глуши? Ну, поехала бы в какой-нибудь санаторий, дом отдыха… Зачем ехать в Чернеть?

Пока они беседовали с Иваном на кухне, приехал эксперт, немолодой бородатый мужчина с одышкой.