Удивительно было другое.

Я был не один…

В зале вместе со мной теперь находились воины.

И их было множество!

Кое-кто в доспехах эпохи самураев – от богатых до простых, побитых в боях, с вмятинами на шлемах и латах, либо в совсем древних, деревянных. И бездоспешные тоже присутствовали, порой вооруженные простыми палками. Кстати, рядом со мной стоял здоровяк в явно недешевых доспехах, украшенных чеканкой в виде золотых трехпалых драконов. Похоже, это и было ками богатыря Идзумо Такэру, которого в меня подселил Виктор Савельев в Чернобыльской Зоне ради спасения моей жизни.

Были здесь и воины явно из иных миров – шестирукие, с оружием бесформенным, совершенно непонятного назначения. Пара великанов присутствовала – трехметровых, с жилистыми руками до земли. Даже мантикора была. Интересная модификация монстра с человеческим лицом, телом льва, крыльями, хвостом с шипами, четырьмя мощными лапами и четырьмя человеческими руками, в каждой из которых было зажато по короткому мечу.

А рядом со мной стоял сам Виктор Савельев, с ироничной ухмылкой глядя на меня.

– Не ожидал?

Я мотнул головой, еще не до конца придя в себя от увиденного.

– Их всех…

– Да, – кивнул Японец. – Нас всех убил черный меч. И тот, кто убил тебя, сделал большую ошибку, выпустив нас.

Я посмотрел на стеклянные гробы, в которых тускло, безжизненно лежали призрачные тела старцев.

А над их головами распласталось чудовище. Гигантский мозг с множеством глаз и толстых, длинных щупальцев, одновременно похожий и на осьминога, и на паука – правда, ни у того, ни у другого никогда не было столько конечностей.

Глаза ужасной твари едва заметно двигались – похоже, она оценивала обстановку. И, оценив, нанесла удар первой.

Почти все щупальца взметнулись вверх – и ударили, расплющив несколько воинов, не успевших метнуться в стороны.

Но метнувшихся было больше. Они и оказались ближе всего к щупальцам, под своим весом на мгновение прилипшим к полу.

Эти воины и нанесли первые удары!

Со стороны это выглядело эпично: воины рубили студенистую плоть мозга, и от каждого удара он вздрагивал всеми своими гигантскими извилинами, явно чувствуя боль.

А потом на полу остались корчиться два отрубленных щупальца. Остальные же вновь взлетели кверху… И ударили вновь, убив еще нескольких смельчаков, совершенно не ведающих, что такое страх, – они лишь пытались, отпрыгнув в сторону, сберечь себя для того, чтобы вновь вступить в битву.

Но удалось это не всем…

– Думаешь, его возможно победить? – спросил я.

– Не знаю, – покачал головой Савельев. – Может, только этим.

Он кивнул головой на оружие, тяжесть которого я ощущал в своей руке.

Я опустил глаза.

Ну конечно.

Это была не «Бритва». Это был черный меч Виктора, горящий необъяснимо черным светом – так, наверно, сияет космическая черная дыра, пожирающая все, включая пространство и время. Но он был не полностью черным! По верхней части клинка шла светлая полоса цвета чистого неба. Цвета моей «Бритвы»! Поневоле в голове возник образ черно-белого диска инь-ян, символизирующего противоборство и единство двух начал.

Светлого и темного.

Дня и ночи.

Будущего и прошлого.

Добра и зла…

– Возьмешь? – спросил я, протягивая Виктору его оружие.