— А, госпожа Вестон, — сказала она. И Роза почувствовала, что обращение по имени мужа доставляет ей удовольствие. — Как дела у новобрачной?

— Хорошо, миледи, — ответила Роза, делая вежливый реверанс. Сейчас она должна притвориться, чтобы обеспечить свое будущее счастье, хотя неприязнь к Анне она испытывала жгучую. Эти странные темные глаза, которые могут сколько угодно улыбаться, но всегда в глубине их скрыты надменность и негодование; эта обезображенная рука, уродство которой она так ловко маскирует; эта мистическая власть над мужчинами. На мгновение Роза засомневалась: может быть, это ревность заставила ее так невзлюбить эту леди? Но у нее не было времени размышлять, потому что Анна Болейн вопрошающе смотрела на нее.

— Госпожа, — сказала Роза, — я пришла просить вас о большой милости. Я хотела бы состоять в вашей свите.

Анна Болейн ничего не ответила и только смотрела на девушку странным, ничего не выражающим взглядом.

— Дело в том, — продолжала Роза, — что я очень люблю Фрэнсиса и не хочу находиться вдали от него. А он должен постоянно быть около Его Светлости, и поэтому, миледи, мне необходимо тоже получить место при дворе.

— Сколько вам лет? — спросила Анна Болейн. Вопрос был поставлен дерзко, и он смутил Розу, но она ответила:

— Семнадцать, миледи.

«Семнадцать, — подумала Анна. — Мне было шестнадцать, когда меня разлучили с Гарри». Она снова ощутила сильный запах цветущего полночного сада при Хемптонском дворце, слышала шепот Гарри Перси: «Анна, моя возлюбленная, моя колдунья…» — чувствовала, как он своими большими, нежными руками держит ее в своих объятиях. Неужели он так навсегда и останется с ней? Будет ли он всегда преследовать ее в воспоминаниях? Неужели ей всегда будет казаться, что это он, Гарри Перси, целует и ласкает ее, хотя на самом деле это поцелуи и ласки короля? А когда она наконец допустит его до своего тела — как однажды придется сделать, — будет ли Гарри Перси тем человеком, который окажется с ней в постели и лишит ее девственности? Если достаточно сильно убеждать себя, она сможет вступить в царство фантазий и даже получать наслаждение от любви Генри Тюдора? Потому что, если она в момент высшего наслаждения закричит: «Гарри!» — Его Светлость ничего не заподозрит и никогда не узнает, что он — лишь замена того человека, которого однажды она желала и которого будет любить вечно.

— Вы можете получить такое место, миссис, — утвердительно ответила она Розе. — Вы можете поехать ко двору вместе со своим мужем в качестве моей фрейлины. Я попрошу Его Светлость, чтобы вы с Фрэнсисом получили семейные апартаменты. Я убеждена, он согласится.

Итак, любовь к родному краю она принесла в жертву другой любви. Роза стала жить при дворе и с возрастающим беспокойством наблюдала, какой бесцельный образ жизни ведет ее муженек, поглощенный непрекращающимися азартными играми.

— Это уж слишком! — наконец сказала она после трех месяцев молчания. — Что происходит с тобой? Твое увлечение азартными играми превратилось в наваждение, в болезнь.

— Но, моя любимая, ответил он, — игры и спортивные занятия — это единственное, в чем я преуспел. Я же не политик, не государственный ум, как мой отец.

— Но ты, наверное, можешь попытаться. — Впервые она заметила в нем эту черту характера, которую он хорошо скрывал.