– Но я хочу в Лос‑Анджелес! – настаивал Бобби.

– Нет, Бобби. Послушай, послушай меня минутку. Недавно в подвале одного дома обнаружили подлинные кольца Кладда…

*

А в это время у себя в клинике доктор Шарки, весьма довольный собой, наливал себе чай в чашку из разрисованного трилистниками термоса.

– Как там папа? – спросил он матушку, которая на этот раз увлеклась передачей, посвященной тому, как украсить дом.

– Недавно я к нему поднималась. Он держится молодцом.

Наверху, в семейной гостиной, сидел, притаившись у окошка, глава семьи, Симус Шарки, практически не видимый с улицы. Он проводил дни, почитывая детективные романы и наблюдая за смельчаками, переступавшими порог клиники его сына. С тех пор как шесть лет назад один умник, заскочивший к ним без записи, удрал, не заплатив, Симус поставил себе за правило записывать номера, модели, марки машин всех посетителей, а также свое впечатление об их внешнем виде, манерах и тому подобном, то есть вел своего рода досье.

Слишком уж много нынче развелось нечестных людей, думал он. Излишняя осторожность никогда не повредит. За ужином он с удовольствием слушал обо всех чудаках, которых Дэнни вылечил за этот день. Сын рассказывал о них так много интересных и забавных историй! Симусу не терпелось узнать о той парочке, которая только что отъехала, но он почему‑то не думал, что их история будет особенно забавной: стоило им только сесть в машину, муж сразу начал орать на жену.

Симус подался вперед и увидел, что у входа в дом затормозила другая машина и пожилая женщина, поддерживаемая под руки двумя молодыми людьми, не без труда выбралась с заднего сиденья. Ему показалось странным, что эта неброско одетая, но элегантная и явно зажиточная молодая пара заехала в их камыши, да еще на такой разбитой колымаге. Симус протянул руку за блокнотом и ручкой, лежавшими рядом на столике. Уже во второй раз за сегодняшний день.

Пока я здесь, им не нужна никакая камера наружного наблюдения, не без гордости подумал он. Наш малыш Дэнни так заботится о нас, и я тоже хочу быть ему полезным. Кто его знает? Может, когда‑нибудь, в один прекрасный день, даже после моей смерти, он скажет мне спасибо за мои записи.

25

Киф Уотерс с самого утра сидел в офисе. Всю прошлую ночь он так и не сомкнул глаз, расстроенный тем, что Джейн и Джону Доу удалось‑таки испортить Джеку медовый месяц. Умру, но выслежу и поймаю этих мерзавцев, мысленно повторял он.

Результаты запроса по кредитной карте, которой Доу расплачивались в замке Хеннесси, его нисколько не удивили. Еще один случай так называемой «кражи личности». Месяц тому назад Доу, воспользовавшись номером карточки социального страхования некоего Эрла Нортона, заказали на его имя кредитку с требованием выслать ее на абонентский ящик почтового отделения в Сафферне. А от Сафферна до Нью‑Йорка – не больше часа езды.

Получается, они были здесь совсем недавно, подумал Киф. И теперь они никогда больше не переступят порог этого почтового отделения. И наверняка они уже спустили не меньше половины суммы с кредитной карточки. Киф тяжело вздохнул: кражи личности становятся в наши дни настоящей эпидемией, значительно облегчая жизнь таким проходимцам, как эти Доу.

Киф еще раз просмотрел материалы дела. Начиная с того скандального происшествия в Метрополитен‑музее, Доу педантично оставляли свои визитки после каждого ограбления – будь то в Чикаго, Майами, Бирмингеме, Далласе, Атланте, Лондоне, Сиднее… Сомневаюсь, что они полиглоты, подумал Киф. Похоже, эти авантюристы наиболее комфортно себя чувствуют в англоязычных странах и городах. Парижане, молите Бога, чтобы этим двоим не пришло в голову начать брать уроки французского.