Но Рэйчел с нами не было. Она возвращалась к Малахи, пересекла поле, как только он неловко приземлился, и обняла его.

Она только помогла Малахи подняться на ноги, когда из за линии деревьев показался огр. Более двух метров в высоту, с телосложением циклопа, уродливым лицом с уплощенными кривыми чертами лица и кожей цвета синяка дневной давности. Но его доспехи были такими же золотыми и блестящими, как и у Благих. Земля дрожала от каждого шага, оставляя овальные следы размером больше, чем баскетбольный мяч.

Она выстрелила и попала ему прямо в плечо. Существо дернулось назад, хрюкнуло, но продолжило движение.

– Гэвин, – произнес Лиам, – прикрой их!

– Открываю огонь на поражение! – закричал Гэвин и упал на землю. Он повернулся к Малахи с Рэйчел и принялся стрелять в огров, которые двигались к ним.

– Вы всегда должны кричать о том, что собираетесь делать? – спросила я, пытаясь сконцентрироваться на том, чтобы сохранить магию, которую уже собрала, готовясь к ее использованию. Ее было много, и она хотела наружу. Она хотела летать.

– Нет, – ответил Лиам. – Но у него свой стиль. Merde  , – выругался он и обернулся направо, вытянув свое собственное оружие, когда Циклоп – возможно, с непроизносимым именем – побежал к нам с другой стороны поля.

Я повернулась, вытянув руку, чтобы отбросить его в поле, но Лиам перехватил ее.

– Нет, – сказал он. – Держи магию наготове. Когда все соберутся и станут мобильными, нам нужно будет выдвигаться. Это потребует много сил.

– Я не могу просто стоять здесь и смотреть, пока все остальные сражаются.

– Ты не просто стоишь здесь. Ты прикрываешь их и ждешь, пока мы все соберемся.

Он схватил меня за талию и притянул к себе, жестко и горячо поцелуя.

Затем упал на колено, используя шину как прикрытие, и выстрелил. Он пробил колено Циклопа с первого раза.

Гэвин помог Малахи подняться на ноги, а Рэйчел прикрывала их, когда они поспешили к машине.

Внезапно какое то существо бросилось на нас с другого края линии дерева слева от Рэйчел, направляясь прямо к ней. Оно было высокое и худое, цвета терракоты, лицо было гладким, как глина, похожим на человеческое, его движения были жесткими и механическими. Машина, пытающаяся подражать человеку.

«Голем», – поняла я.

– Слева! – крикнула я, и Рэйчел развернулась и выстрелила.

Выстрел попал ему в грудь, но не остановил его.

Она побежала к голему, обнажая нож. Затем она развернулась в воздухе – с ножом в руке – чтобы избежать подсечки голема.

– Черт, – произнесла я под впечатлением, а Гэвин помог Малахи спрятаться за нашим механическим щитом.

– Ты в порядке? – спросил Лиам, оглядываясь между выстрелами в пару огров.

– Он повредил перо. – Его зубы были стиснуты, тон резкий. – Это нарушило аэродинамику. Я смог уйти от падения. Но не смогу летать, если это не исправить.

Рэйчел пробежала вперед, укрывшись за «Хаммером».

– Подруга , – сказала я. – Умеешь же ты двигаться.

Она дёрнула плечом.

– Часть работы. – Она повернулась к Малахи. – Ты в порядке?

Он поморщился от боли.

– Вы должны вырвать мне перо. Я не смогу летать, пока оно сломано. Законы физики.

Рэйчел долго смотрела на него, прищурившись. И я бы заплатила за билет, если бы можно было взглянуть на то, о чем она думала, глядя на него.

– Точки врастания имеют много нервных окончаний, верно? Поэтому тебе больно?

– Да.

Это слово, сказанное без страха, отразилось решимостью в ее глазах.

– Хорошо, – произнесла она и вложила нож в ножны. – Держитесь слева, – сказала она Лиаму, затем повернулась к Гэвину и указала на куст в пятнадцати метрах от машины.