Он делает это специально? Чтобы шокировать меня? !

Я: “Приоткрываю рот”

Мой Ромео: “2:1”

Мой неожиданный смех пугает прохожего.

Кажется, я только что стала испорченной, но это касается только нас двоих, поэтому не считается.

Я: “Повторим?”

Мой Ромео: “Тебе нужно умыться”

Запрокинув голову, стону в черное бесконечное небо.

— Два два, — шепчу внезапно охрипшим голосом.

Глава 28. Люба

Под кожу пробирается холодок. Впивается в меня ядовитыми иголками, сдавливая горло.

Ложка выпадает из руки прямо в кастрюлю с супом, когда, заглянув в

телефон, читаю поступившее сообщение: “Ты же понимаешь, что тебе

конец?”

— Отвали… — шепчу, отправляя неизвестный номер в черный список.

За ночь мне вдруг стало казаться, что вчерашний инцидент мне приснился

или… может быть обо мне просто забудут! Ведь я не собираюсь

высовывать или маячить “на публике” где-то, помимо своих экзаменов, которых у меня осталось два.

Этой ночью я решила, что просто не буду выходить из дома без какой-нибудь острой необходимости в ближайшие дни. А может быть до тех пор, пока в университете не начнется новый семестр.

Это трусливое решение заставляет стыдится себя саму, но теперь… теперь

мне так не по себе, что хочется завернуться в два одеяла от сковавшего

нутро холода.

Выключив суп, тупо смотрю в кастрюлю, ничего не соображая.

Кажется, этому уроду понадобился целый день для того, чтобы очухаться.

Уже почти пять вечера, и я считаю каждую минуту.

Подойдя к окну, смотрю на город и разбросанные вокруг меня многоэтажки.

В воздухе клубится снег, и уже темнеет.

Обернувшись, с отчаянием смотрю на телефон, который опять вибрирует.

Я чувствую запах Касьяновского дерьма даже отсюда, поэтому просто

забираюсь на подоконник вместе с ногами в вязаных носках и черчу на

стекле крестики, пока на мой телефон продолжают приходить сообщения.

Сердце уходит в пятки, когда начинает трещать дверной звонок.

В панике сорвавшись с подоконника, припадаю к глазку и окрещаю себя

дурой, потому что за дверью соседка, которая отдает мне ключи от своей

квартиры на тот случай, если она вернется со своей рабочей смены позже

обычного, и ее кот начнет умирать с голоду.

Мой бывший парень не знает, где я живу…

Никто не знает.

Свой новый адрес я еще не успела назвать никому, даже Лена его не знает, но я все равно чувствую себя загнанным в угол кроликом!

— Пошел ты… пошел ты… — схватив телефон, начинаю удалять

сообщение, не читая.

Все они с разных номеров, которые я блокирую без разбора, и сглатываю, когда получаю уведомление о том, что мою социальную сеть пытались

взломать. Придумав на ходу новый пароль, обновляюсь, не имея понятия, поможет ли это вообще.

Теперь я понимаю, что это затишье было затишьем перед бурей. Он не

терял зря времени, пока я питала свои бесполезные наивные надежды!

Телефон разрывается целый час, выматывая мои нервы до предела, а

потом все вдруг прекращается.

Упав на диван, смотрю в темный потолок, пытаясь унять панику своего

сердца и сжимая во вспотевшей ладони телефон. На это у меня уходит

вечность, потому что к тому времени, когда я решаюсь заглянуть в него, часы показывают почти семь вечера.

Перевернувшись на бок и не думая ни о чем, набираю сообщение

единственному контакту, к которому все внутри меня тянется, даже через

призму этого ужасного дня.

Тянется так, что я не могу больше терпеть! Мне просто необходимо с ним

поговорить.