|
Здесь он вконец разленился, "изварлыжился", как говорил его отец, и только из-за лени, дежуря по номеру, однажды зачеркнул "вынос", два лишних абзаца на полях газетной полосы, не составив труда даже заглянуть, что там, в этом выносе писано. А означено в этом выносе оказалось аж пятнадцать фамилий космополитов, которые после появления их имен в печати должны были быть разоблачены, обезврежены и устранены. Святая азиатская простота, во всем видящая то волю аллаха, то хитроумные руководящие происки, восприняла отсутствие пятнадцати фамилий в длинном списке как указание насчет их "оттудова". Кто ж сам-то посмеет этакое сокращать? И не доискивались истины. А тут и перемены в быстро текущей жизни произошли, и те, кто мог бы доискиваться, сами "погорели" и куда-то делись. Пятнадцать спасенных были особи не простые, но крупно- руководящие, благодарить умеющие. Они нашли молодого газетчика и сказали: "Проси чего хочешь!" И устроили ему от щедрот, не своих, конечно, жизнь такую, что, "изнутра" заглянув в нее, вкусив блага высокого "полета", молодой газетчик из рабочей семьи легко привык к будням великой советской элиты и дошел до того, что однажды, находясь в роскошных садах Семирамиды, потребовал: "Японочку хочу!" И тут же была где-то добыта и доставлена ему настоящая, живая японочка. Ах, почему не вечно это самое счастье! Поехал один из им спасенных начальников на родной Урал помогать искусству и забрал его с собой, сказав: "Здесь тебе больше нельзя. Наследил..." Вот тогда-то он и вспомнил про свой литературный дар и был отправлен работать во вновь открытый на Урале толстый журнал, аж замом редактора. Снова пил, снова гулял, но скоро снова сделалось не на что кутить, и тогда он за два месяца испек знаменитый злободневный роман "Отблеск пламени". И пошел, пошел чесать в гору, нет, нет, не в уральскую, где покоится его отец и вся почти сталеплавильная достославная династия. В литературную гору пошел. Подъем в ту гору был тогда неутомительный, но "развращенца" и это утомило, он потыкался, поискал, где бы можно было ничего не делать, но много пить и сладко есть, однако такие места всегда у нас были нарасхват, и пришлось ему ездить по стране на разные семинары, форумы, совещания. На периферии, особенно в республиках, "выездные бригады писателей" пышно встречали, угощали и заласкивали и даже заискивали перед нужными народу талантами. Где-то в этом творческом кочевье он сыскал себе жену, конечно же, красавицу, конечно же, с литературным именем. Белла было ее название. Молодой и удачливый романист быстренько изладил ей сыночка. |
