— Понимаю, — сказал Ганс. — Но фактически в субботу к полудню Холкрофт должен исчезнуть, не так ли? Эрих поднял руку.

— Лучше всего подвергнуть его на какое-то время воздействию твоих лекарств. Превратить его в функционального психического инвалида... пока будет распределяться значительная часть фондов. А после этого уже все станет не важным. Мир будет занят происшедшим в Цюрихе. Сейчас мы должны поступать так, как считает Иоганн. Мы обязаны найти Холкрофта, пока его мать не опередила нас.

— И под каким угодно предлогом, — добавил фон Тибольт, — держать его в полной изоляции, пока не состоится наша послезавтрашняя встреча. Вне всякого сомнения, Альтина попытается найти его, и тогда она попадет в поле нашего зрения. У нас есть в Женеве люди, которые позаботятся обо всем остальном. — На мгновение он заколебался. — Как всегда, Ганс, твой брат выбирает оптимальное решение. Но ответ на твой вопрос — да. К полудню в субботу Холкрофт должен исчезнуть. Когда я размышляю обо всем этом, то начинаю сомневаться, что нам потребуется дополнительное время.

— Вы снова меня раздражаете, — сказал ученый. — Я во многом полагаюсь на ваше экзотическое мышление, но отклонение от стратегии в сложившейся ситуации вряд ли желательно. Холкрофт должен быть в пределах досягаемости. Вы ведь сказали: пока не произойдет существенного прогресса, тревоги не должно быть.

— Я не думаю, что это случится вообще, — ответил фон Тибольт. — Осуществляемые мною изменения одобрили бы наши отцы. Я скорректировал расписание.

— Вы сделали что?

—Когда я употребляю слово «тревога», то имею в виду законные власти, а не Холкрофта. Законность вечна, жизнь коротка.

— Какое расписание? Почему?

— Сначала второй вопрос, но вы можете на него ответить и сами. — Иоганн стоял перед креслом, в котором сидел старший Кесслер. — Итак, что это было за оружие — простое, но самое эффективное, — которое использовало в войне наше отечество? Какая стратегия могла поставить Англию на колени, если бы не было сомневающихся? Что за разящие молнии потрясали мир?

— Блицкриг, -ответил доктор, вместо своего брата.

— Да. Быстрое, решительное нападение ниоткуда. Люди, оружие, техника стремительно переходят через границы, оставляя за собой беспорядок и разрушения. Целые народы разъединены, они не способны сомкнуть ряды, принять какое-либо решение. Блицкриг, Эрих. Мы должны взять его на вооружение без колебаний.

— Это абстракция, Иоганн. Конкретнее!

— Хорошо. Первое: Джон Теннисон написал статью, которую завтра подхватят телеграфные агентства и распространят по всему миру. Тинаму вел записи, и поговаривают, что их обнаружили. Имена всесильных людей, которые нанимали его, даты, источники финансирования. В центрах мировой власти это произведет эффект массового электрошока. Второе: в субботу будет приведен в действие женевский документ, фонды окажутся в Цюрихе. В воскресенье мы туда переезжаем, в наши штаб-квартиры: они готовы, все коммуникации функционируют. Если Холкрофт будет с нами, Ганс усыпит, его, если не с нами — Холкрофт умрет. Третье: в понедельник активы попадают под наш контроль. И мы начинаем передачу фондов нашим людям, сконцентрировав внимание на главных пунктах. Сначала Женева, затем Берлин, Париж, Мадрид, Лиссабон, Вашингтон, Нью-Йорк, Чикаго, Хьюстон, Лос-Анджелес и Сан-Франциско. К пяти по цюрихскому времени мы передвигаемся в Тихий океан. Гонолулу, Маршальские острова и острова Гильберта. К восьми Новая Зеландия: Окленд и Веллингтон. В десять — Австралия: Брисбен, Сидней, Аделаида и Перт. Затем через Сингапур на Дальний Восток. Первый этап заканчивается в Нью-Дели; к этому времени на бумаге мы финансируем уже три четверти земного шара.