|
Первый этап заканчивается в Нью-Дели; к этому времени на бумаге мы финансируем уже три четверти земного шара. Четвертое: в конце вторых суток, во вторник, мы получаем подтверждение, что все средства получены, переведены в наличные и готовы к использованию. Пятое: я делаю двадцать три телефонных звонка из Цюриха. Я позвоню в разные столицы мира людям, которые пользовались услугами Тинаму. Я скажу им, что в ближайшие несколько недель к ним будут предъявлены определенные требования; думаю, они пойдут на уступки. Шестое: в среду все начнется. Первое убийство будет символическим. Канцлер в Берлине, лидер бундестага. Мы стремительно перенесем блицкригна запад. — Фон Тибольт замолчал на секунду. — В среду будет активирован код «Вольфшанце».
Зазвонил телефон. Казалось, никто звонка не услышал. Через мгновение фон Тибольт снял трубку:
—Да?
Он смотрел на стену, слушая в полном молчании. Наконец, Иоганн заговорил:
— Используйте слова, которые я вам сообщил, — сказал он мягко. — Убейте их. — И повесил трубку.
— Что случилось? — спросил доктор. Все еще держа руку на телефоне, фон Тибольт мрачно произнес:
— Это было только предположение, вероятность, но я послал своего человека в Невшатель. Присмотреть кое за кем. Этот кто-то встретился с одним человеком. Впрочем, не важно. Скоро они умрут. Моя прелестная сестра и предатель по имени Вернер Герхард.
— Ты описал ее? Американка, около семидесяти, высокая?
— Естественно. Все, о чем ты просил полчаса назад. Здесь нет никого по фамилии Холкрофт, ни одна женщина не подходит под твое описание. И вообще здесь нет американцев.
— Какое-то безумие. — Ноэль попытался привести свои мысли в порядок. Теннисон и Кесслеры прибудут лишь к вечеру, ему некуда обратиться. Возможно, мать находится в таком же положении. Откуда-нибудь звонит, пытается найти его в гостинице, полагая, что он там. — Вилли, позвони в регистратуру и скажи, что я только что объявился. Используй мое имя. Скажи им, что я интересовался, нет ли для меня какой-нибудь информации.
— Мне кажется, ты не знаком с правилами Женевы, — сказал Вилли. — К информации между двумя людьми не допускается третий, и «Д'Аккор» не исключение. Откровенно говоря, на меня странно посмотрели, когда я интересовался твоей матушкой.
— В любом случае попытайся еще.
— Есть способ получше. Думаю, что если я... — Вилли не закончил фразу. Холкрофт услышал, как откуда-то издалека доносится стук. — Подожди минутку, кто-то стучится в дверь. Я только спрошу, что им нужно, и мы договорим.
Ноэль услышал звук открывающейся двери. Послышались неясные голоса, последовал быстрый обмен словами и вновь шаги. Холкрофт ждал, когда Вилли возьмет трубку.
Раздался кашель, нет, не кашель. Что это? Попытка закричать?
— Вилли?
Молчание. И вновь шаги.
— Вилли? -Неожиданно Ноэль похолодел. В животе вновь возникла боль, как только он вспомнил слова. Те самые слова!
...Кто-то случит в дверь. Подождите минутку. Я спрошу, что им нужно, и мы договорим...
Еще один англичанин. За четыре тысячи миль от Нью-Йорка. И ярко вспыхнувшая спичка в окне через двор.
Питер Болдуин.
—Вилли! Вилли, где ты? Вилли! Послышался щелчок. Аппарат отключился. О Боже! Что он наделал?Вилли! На лбу выступили капли пота, руки задрожали. Он должен ехать в «Д'Аккор». Надо добраться туда как можно скорее, найти Вилли, помочь ему. О Боже! Как ему хотелось, чтобы пульсирующая боль в глазах прекратилась! Холкрофт выскочил из будки и рванулся вниз по улице, к машине. Включил мотор, потеряв на мгновение представление о том, где он находится и куда собирается ехать. |