— Майлза? — нахмурилась Альтина. — Я никогда о нем не слышала.

— Возможно, о нем слышала та женщина, — сказал пилот, перекатывая во рту сигару. Альтина зажмурилась.

— Ты хотел бы иметь чистую прибыль?

— Я не коммунист, деньги меня не оскорбляют.

— Спрячь меня в Женеве. Помоги мне найти одного человека.

Пилот проверил приборы. Затем заложил вираж.

— За это придется заплатить.

— Я заплачу, — сказала он.

Иоганн фон Тибольт, напоминая грациозного разъяренного зверя, мерил шагами гостиничный номер. Его слушателями были двое Кесслеров; первый заместитель префекта Женевского кантона покинул номер несколько минут назад. Они остались втроем, напряженность витала в воздухе.

— Она где-то в Женеве, она должна быть здесь.

— И очевидно, под другим именем, — добавил Ганс Кесслер. Его медицинский саквояж лежал около ног. — Мы найдем ее. Надо просто распределить людей, дав им ее описание. Наш заместитель заверил, что все обойдется без проблем.

Фон Тибольт замер.

— Без проблем?! Я полагаюсь на вас, а он утверждает, что все «без проблем». Согласно информации нашего заместителя, женевская полиция сообщила о ней Интерполу. Все просто. Настолько просто, что она пропутешествовала минимум четыре тысячи миль, не будучи обнаруженной. Четыре тысячи миль через компьютеры, на самолете через границы и по крайней мере через две иммиграционные зоны. И ничего. Не валяйте дурака, Ганс. Она искуснее, чем мы думали.

— Завтра пятница, — сказал Эрих. — Холкрофт должен быть здесь завтра, он свяжется с нами. Когда он будет у нас, мы получим и Альтину.

— Холкрофт говорил, что останется в «Д'Аккор», но изменил свое намерение. Никто не бронировал номер на это имя, и при этом мистер Фреска выписался из отеля «Георг V». — Фон Тибольт стоял у окна. — Мне это не нравится. Тут что-то не так.

Ганс потянулся за выпивкой.

— Я думаю, вы не заметили главного.

— Чего?

— Холкрофт что-то заподозрил. Он думает, что за ним следят. Это настораживает его, и он проявляет осмотрительность. Я буду очень удивлен, если узнаю, что он снял номер в гостинице на свое имя.

— Допускаю, что он мог использовать имя Фреска или какое-то производное от него, но я бы его обнаружил, — сказал фон Тибольт, отметая замечания младшего Кессле-ра. — Ничего похожего нет ни в одной гостинице Женевы.

— А есть ли Теннисон, — тихо спросил Эрих, — или нечто подобное?

—Хелден? — обернулся Иоганн.

— Хелден, — кивнул старший Кесслер. — Она была с ним в Париже. Возможно, помогает ему и теперь; вы это тоже предполагали.

Фон Тибольт стоял в безмолвии.

— Хелден и ее омерзительные негодяи сейчас слишком заняты. Они рыскают в поисках «Одессы», считая ее виновной в убийстве Полковника.

— Фалькенгейм? -воскликнул Ганс. — Фалькенгейм мертв?

—Фалькенгейм являлся руководителем «Нахрихтендинст», а если быть точным, ее последним действующим членом. С его смертью у «Вольфшанце» не стало противников. Его еврейская армия обезглавлена; то немногое, что было им известно, похоронено с их лидером.

— Евреи? С «Нахрихтендинст»? — Эрих выглядел раздраженным. — Ради Бога, о чем вы говорите?

— Объявлен удар по киббуцу Хар-Шхаалаф; вина ляжет на террористов «Возмездия».