– И вам не хотелось возвращаться?

Он испытующе посмотрел на нее перед тем как ответить:

– Да. Англия – это место, где я родился, но она уже давно не кажется мне домом. Не думаю, что вы меня поймете. Я и сам-то себя не очень понимаю.

– Я правда ничего не знаю о таких местах, как Египет и Греция, но я очень хорошо знаю, как важно, как необходимо иметь место, которое можно назвать домом. И каким потерянным себя чувствуешь, если такого места нет.

Он медленно кивнул, не отводя от нее глаз:

– Да, именно так я себя и чувствую. Потерянным. Из-за чего-то, что она слышала в его голосе, и из-за того, что он смотрел на нее с таким напряженным вниманием, Мередит вдруг стало трудно дышать. Пришла ее очередь чувствовать себя потерянной. И это ей очень не понравилось.

Она отвела глаза, чтобы скрыть растерянность, и сменила тему:

– Один мой друг предлагал свою помощь в поисках камня. Вы думаете, она нам потребуется?

На самом деле и Альберт, и Шарлотта хотели пойти с ней сегодня, но Мередит убедила их подождать. Она хотела сначала посмотреть, в каких условиях придется работать, и теперь радовалась, что настояла на этом. Ведь склад находится на территории порта, а Шарлотта ненавидит порт.

– Ваш друг? Он историк?

– Нет, вообще-то Альберт – мой дворецкий и очень близкий друг.

Если Филиппа и удивило то, что мисс Мередит считает своего дворецкого близким другом, он не подал вида.

? Что ж, отлично! Мой американский друг и коллега Эндрю Стентон сегодня разбирает ящики в Британском музее. Еще один друг и историк – Эдвард Бинсмор помогает ему.

Последнее имя показалось ей знакомым, и через минуту

Мередит вспомнила:

– Это тот джентльмен, у которого недавно умерла жена?

– Да. Мне кажется, он просто пытается занять себя чем-то.

Мередит кивнула:

– Так лучше для него. Горе гораздо труднее перенести, если остаешься с ним наедине.

– Похоже, вы говорите на основании собственного опыта.

Взгляд, устремленный на Мередит, был мягким и понимающим, словно и ему самому была знакома подобная печаль. Она не сразу смогла заговорить из-за комка, неизвестно откуда появившегося в горле:

– Думаю, что большинству взрослых людей приходилось переживать то или иное горе.

Мередит показалось, что он собирается о чем-то спросить ее, но она не хотела отвечать на вопросы и заговорила первой:

– Вы не могли бы показать мне камень с проклятием и точно сказать, о чем в нем говорится? Это облегчило бы мне поиски.

– Я надежно спрятал Камень слез, – нахмурился лорд Грейборн, – чтобы никто не мог случайно найти его и перевести проклятие. Но в журнале у меня есть английский вариант текста. – Он раскрыл тетрадь и передал ее Мередит. – Я думаю, вы вполне можете прочитать его, потому что у вас, уж конечно, никогда не будет невесты.

Мередит положила журнал на колени и углубилась в строчки, написанные мелким, аккуратным почерком:

Как предала меня любовь моя жестоко,

Так ты не избежишь губительного рока.

Заклятием навек ты проклят, и отныне

Одно лишь горе ждет тебя в твоей судьбине.

В дыхании любви почуешь запах смерти.

Споткнувшись, упадет любовь на ровной тверди.

И станет, как мое, болеть ее чело.

Коль счастлив и женат – не быть с супругой вместе.

Жена твоя – умрет. А если есть невеста,

Пройдет два дня – и ей откроет смерть объятья,

После того, как вы произнесете клятвы.

Отныне, коль твоя любовь

Над нею – Гнев Богов.

Любимую твою ничто

Одно спасенье е

Ты на роскош

Где силу по

Все вслед

Лишь.