Работа закипела, когда мы с Сарой стали просматривать новые дела. Она докладывала, как движется расследование по каждому из них. Лора вызывала ассистентов, у которых накопились вопросы.

Мерсер позвонил мне из офиса протокола без четверти два. Список адресов был у него на руках.

– Получилось. Там больше тридцати стран, – сказал он. – Одиннадцать подходят нам географически.

– Лейтенант подключился к работе?

– Он работает с буквой Д. Хочет организовать патрулирование всех домов с четырех дня до полуночи.

В целях конспирации на полицейских была гражданская одежда. Не было значков и бело-голубых патрульных машин. Так можно было с легкостью проникнуть в опасную зону.

– Что-нибудь еще придумал?

– Сейчас позвоню в Национальную миграционную службу. Узнаю, можем ли мы получить информацию на всех членов семей. На каждого, кто въезжал в США.

Раньше этого сделать было нельзя. К счастью, теперь Национальная миграционная служба компьютеризировала свою систему.

– Отлично. Батталья хочет собрать нас и обсудить, что мы сделали за неделю. Кстати, Мерсер, что-нибудь слышно о Майке?

– Я ему сообщений наоставлял. Звонил, рассказывал, чем мы занимаемся. Он пока не перезванивал.

Без пяти четыре в мой кабинет явился Пэт Маккинни и выдворил ассистента, сказав тому, что он может подойти позже.

– Батталья просил за тобой заскочить…

Как я и ожидала, собрание было долгим. Батталья был очень дотошным. Он всегда интересовался свежими достоверными версиями по громким делам, которые можно было запустить в СМИ.

– Неважно, в какое время ночи, Алекс. Я должен первым узнать, что тебе придет насчет ООН.

– Конечно.

– И что у нас дальше?

– Надо вернуться к тем, кого мы уже опросили, – Джино Гвиди, Ной Торми, работники Ботанического сада…

– Помню, – оборвал меня Батталья. Вероятно, Маккинни сделал ему знак. – С кем-нибудь из них вам поможет Эллен Ганшер, если вы не возражаете. Чэпмен всегда все портит. Я хочу, чтобы этим занялась Эллен. Есть оружие, из которого палили по профессору. Есть бывший полицейский, который кого-то застрелил. Эллен поедет с вами.

Оставалось только изобразить улыбку и сказать, что возражений нет. После этого прокурор нас отпустил.

– Да, Пэт постарался. Будем работать с твоей подружкой по указанию прокурора. Не хочешь поучаствовать? Как это тебе удалось? Ты в последнее время не только сигары куришь? Стал стирать отпечатки пальцев с оружия, которое где-то спрятано?

Маккинни прикинулся глухим и вильнул за дверь туалета. Это был его любимый способ заканчивать разговоры.

Лора уже ушла. На спинке стула была прикреплена записка:

«Мерсер выехал в 19-й участок. Просил тебя быть там».

Было почти шесть. Я закрыла офис, вышла на улицу, поймала такси и поехала на 67-ю улицу. Был час пик.

Сержант обратился ко мне через плечо охранника, пока тот изучал мое удостоверение:

– Мисс Купер, вас ждут на втором этаже. Поднимайтесь наверх.

За последние десять лет я провела в полицейском участке множество времени. Опрашивала потерпевших, допрашивала подозреваемых, распутывала дела вместе с детективами и спала на деревянной скамье в камере, когда работа затягивалась на ночь.

Я открыла дверь. В комнате был лейтенант Петерсон с детективами. Он поднял голову и приложил палец к губам.