Глава седьмая

Вечером того дня, когда в агентстве «Нуаро» появилась жена пропавшего Каспарова, Ольга жарила на кухне отбивные и взахлеб рассказывала Олегу о настоящем деле:

— О таком можно только мечтать! — возбужденно говорила она. — Столько трупов! Есть, где развернуться. — Хотя звучит, наверное, цинично? — смутилась она, заметив, как скривилось лицо мужа.

Олег недоуменно пожал плечами и продолжил нарезать помидоры:

— Никогда не разделял твоего восторга по поводу убиенных. И вообще, дорогая, ты забываешься. Помни о том, что ты беременна. И сейчас это твоя основная обязанность.

— Будь спокоен, не забуду. Малышонок напоминает о себе ежесекундно. Сегодня, например, к списку блюд, которые он не выносит, добавились корейка и яйца по-швейцарски.

— Опять плохо было, да? — спросил Олег, сочувственно глядя на жену.

Ольга со вздохом кивнула и перевернула отбивные, сковорода яростно зашипела, отчаянно плюясь брызгами раскаленного масла.

— Я думаю, он прав, — неожиданно заявил Олег.

— Кто прав?

— Малыш, конечно. Имея мамочку, которая с первых дней его существования имеет дело с трупами и говорит об убийцах и покойниках. И постоянно думает о совершенно невозможных для нормального человека вещах. Тут не только яйца по-швейцарски перестанешь переносить. На свет божий являться не захочешь! — закончив тираду, Олег негодующе взглянул на жену и высыпал ломтики томатов мимо салатника. — Ты должна оставить свою мужицкую профессию, — строго сказал он. — Хотя бы на время, — добавил он уже чуть тише, видя, как глаза жены темнеют и сужаются.

— Оставь свои гнилые разговоры, — зловеще прошипела Ольга. — Ты великолепно знаешь, что я без работы не могу, задыхаюсь, и сын меня поймет. Со временем.

— Господи, да неужели ты хочешь, чтобы он родился с трубкой в деснах и в кепке в клетку? — вспылил Олег и, не глядя, сыпанул нашинкованный лук в сахарницу.

— Как остроумно! Браво! В таком случае пусть будет двойня, одного назовем Шерлоком, а другого Джоном Ватсоном. Устраивает?

— Да чтоб тебя! — Олег заметил наконец усеянный дольками помидоров стол и обсыпанные сахаром луковые кольца.

Худой, высокий, в очках, за толстенными стеклами которых лучились умные карие глаза, он покорил Ольгу безграничной добротой и неистощимым чувством юмора. Познакомились они на катке в парке Горького в Рождество. Олег катался отвратительно, точнее сказать, он виртуозно падал, неуклюже вставал, неловко чиркал лезвием конька по льду и тут же валился обратно. Ольга, катавшаяся с пяти лет, по-человечески пожалела незадачливого фигуриста и решила дать ему пару уроков. С тех пор они не расставались.

— Что ж, будем считать, что ты изобрел новое блюдо — луковые цукаты, — насмешливо бросила она, выкладывая золотистые отбивные на широкое синее блюдо. Несмотря на феминизм она страстно любила готовить, коллекционировала необычные рецепты, любила экспериментировать. Ее коньком были десерты: торты, чизкейки и капкейки. Вот где ей не было равных. Из-под ее ловких пальчиков выходили изумительные сахарные фигурки: мишки, цветы, собачки; в прошлом году она даже Бэтмена вылепила, готовя ко дню рождения мужа карамельный торт (в детстве он бредил этим героем). Она частенько шутила, что если вдруг все преступники на земле переведутся, то она и тогда не пропадет — откроет собственную кондитерскую с детективным названием «Baker street».