– Даже по стандартам войск спецназа, последняя группа В отличалась явной, даже демонстративной нестандартностью действий. Майор Грюннер – прекрасный офицер, и я не хочу сказать чего-либо дурного ни о нем самом, ни о его стиле руководства группой Б. – Трэйн устремил на меня немигающий взгляд. – Однако он позволял группе А совершать такие вещи, которые я лично никогда бы ей не позволил. Разумеется, не следует забывать, что они с Корни были друзьями еще со времен службы в 10-й Объединенной группе спецназа в Германии. – Трэйн покачал головой. – За всю свою службу в армии мне еще ни разу не доводилось видеть настолько отчаянных, даже диких людей.

Мы с Фенцем предпочли воздержаться от каких-либо комментариев и продолжали в полном молчании отхлебывать наш кофе. Трэйн оказался одним из представителей нового поколения спецназовских офицеров. Специалисты по нетрадиционным методам боевых действий настолько успешно проявили свою способность ведения партизанской войны с коммунистическими "гориллами", что вскоре после этого было принято решение о существенном увеличении численности войск специального назначения. К существовавшим прежде, старым Объединенным группам – 1-й, дислоцировавшейся на Окинаве, 10-й – в Бад-Тельце, 5-й и 7-й – в Форт-Брэгге, – было добавлено несколько новых групп.

Вновь прибывшие кадры подбирались из числа наиболее отличившихся офицеров воздушно-десантных и армейских частей. С учетом того, что каждый спецназовец является одновременно парашютистом, возникла необходимость периодически отправлять некоторых "прямоногих" офицеров в парашютную школу в Форт-Беннинге, штат Джорджия, а затем переводить их в ЦСБП в Форт-Брэгге, после чего они могли быть зачислены в кадры войск специального назначения.

Первые признаки влияния этих новоявленных спецназовцев из числа армейских офицеров стали проявляться уже в начале 1964 года. Судя по всему, подполковник Трэйн принадлежал к числу тех, кому труднее всего было бы превратиться в "Зеленого берета – всегда и во всем!"

Я решил нарушить затянувшуюся паузу и обратился с вопросом к майору Фенцу:

– Когда бы вы смогли организовать мою отправку в Фан Чау?

Фенц выжидательно посмотрел на Трэйна, тогда как последний лишь снова криво усмехнулся.

– Если вам действительно так уж хочется туда отправиться, мы не вправе вас задерживать. Однако я хотел бы попросить вас об одном одолжении. Пожалуйста, постарайтесь сделать так, чтобы вас не убили. Мне казалось, что тогда, во время ночных прыжков в Аварри, вы были недалеки от этого...

Он повернулся к Фенцу и пояснил:

– На десятидневных учениях они сбрасывали сразу обе наши группы.

Фенц кивнул – десятидневные учения были одним из учебных мероприятий, через которые проходили все выпускники ЦСБП.

– Руководство школы подобрало тогда в качестве места выброски участок Национального леса Аварри, неподалеку от Писгаха, – стал вспоминать Трэйн. – Ночка, скажу я вам, выдалась еще та. Холодина страшная, и еще до того, как мы добрались до ЗВ, поднялся сильнейший ветер. Выброска имущества запоздала на шесть секунд, так что нам пришлось делать два захода. Инструктор задержал прыжок нашего друга, так что он оказался первым в группе, которая прыгала со второго захода. В итоге нас разбросало над лесом в радиусе не меньше мили от ЗВ. Я намертво зацепился за дерево – пришлось даже выпускать запасной парашют, чтобы, держась за его стропы, спуститься на землю. В общем, когда мы собрались, то выяснилось, что трое парней сломали ноги, а другие отделались чуть менее серьезными травмами.

Трэйн посмотрел на меня и улыбнулся. – Наш гражданский друг, естественно, проявил себя с наилучшей стороны. Приземлился на поле размером с волейбольную площадку, собрал купол и помог найти свою группу.