Высохшая до состояния отменного пороха ветка, действительно, хрустнула вызывающе громко, что в очередной раз и отметил недовольный следопыт. «Вот глазастый какой! — и не думая обижаться, хмыкнул Смирнов. — Все видит, все слышит… Черт, завидно! С этой работой все навыки забудешь!.. Хотя, все равно здесь тихо. До намеченного района еще ползти и ползти! Чего он шебутной какой стал?».

Действительно, якут последние несколько часов вел себя крайне странно. Всегда невозмутимый как скала, не делающий никаких лишних движений, он резко изменился. Движения стали более рваными, дерганными какими-то, словно его что-то грызло изнутри.

«Смотри-ка, опять Абай остановился, — прежде чем замереть коренастая фигура сделала характерный жест. — Случилось что-ли что-то?». Капитан, отводя ветку от своего лица, осторожно сдвинулся к нему.

— Что! — спросил он одними губами.

Вопрос остался без ответа. Абай, словно заведенный медленно водил головой из стороны в сторону, сопровождая каждый поворот движением винтовки.

— Абай, — капитан тронул его за плечо, привлекая к себе внимание. — Что случилось? Чего стоим-то?

Молчание… Узкие губы что-то шептали, а щелки глаз внимательно следили за зеленой стеной. Вдруг темно-коричневая кисть скользнула внутрь маскхалата и наружу показался какой-то потемневший от времени и кожного жира мешочек на перекрученной веревке. Крепко его сжимая, он что-то еле слышно забормотал.

— Подожди, капитан, — выдал, все-таки, он через несколько минут. — Что-то плохо мне. Постоим немного… Посмотрим, послушаем… и понюхаем.

Крылья носа раздулись и втянули в себя воздух.

— Не пойму я что-то…, - еле слышно пробормотал Турунбаев, стаскивая с головы плотный капюшон. — Не то…

Вслед за ним насторожился и Смирнов, машинально проверивший магазин автомата.

— Что не то? — в разговор вдруг вклинился подошедший сзади врач. — Я ни чего не слышу…

— Все не так! — Якут расстегнул комбинезон, обнажая шею. — Здесь все не так, как дома! Плохо здесь как-то…. Лес тут другой — чужой он, непонятный! Слушаю, его слушаю, а ни чего не слышно, будто и нет тут ничего… Странно! Не может быть лес таким… Лес живой! В нем всегда кто-то есть. То белка шумит, то филин ухает, а тут мертвая тишина. Надо обойти этот лес. Вон там пройдем… День, может два, и на месте будем.

Достать карту из планшета было делом одной минуты. «Так, — водил пальцем капитан по изгибам леса. — Если Турунбаев прав, то идти нам пара дней… Пройдем здесь и здесь, и 14-го будем на месте. Плохо, поздно! Напрямик тут ходьбы часов на десять!».

— Слишком долго, — капитан выразительно постучал по часам. — На месте нужно быть сегодня ночью, в крайнем случае, завтра утром…

Якут присел. Высеченное из камня лицо ни чем не выдало недовольство, словно это его полностью устраивало. Отложив в стороны винтовку, он осторожно коснулся бархатистого мха у самых корней полусгнившего дуба. Темные пальцы нежно вдавились в мох, оставляя на нем ясно видное углубление.

— Пойдем, командир, — чуть громче, без всякого шепота, проговорил якут.