— Какая мощь, надо же… И все понапрасну: ты даже не понял, где я прячусь. И паучка моего прозевал.

Затянутые в перчатку пальцы коснулись шеи пивника. Там вспух крохотный розовый бугорок — след укуса. Незнакомец бесцеремонно приподнял Трикобылу голову и несколько мгновений вглядывался в расширенные зрачки жертвы.

— Да, этой стены мне не прошибить… — вполголоса пробормотал он. — Но такой силы ментальный блок — сам по себе улика хоть куда, я подобрался вплотную… Не бойся, я не сделаю тебе ничего плохого. Просто небольшая инъекция — и ты расскажешь мне то, что я хочу знать, да?

Сознание медленно покидало пивника, перед глазами мельтешили кровавые круги.

— Расскажешь, конечно… — бормотал незнакомец, роясь в карманах глухого, закрывающего все тело одеяния. — Куда ты денешься…

В этот день Фима задержался на работе дольше обычного: «внезапная» финансовая проверка, ожидаемая довольно-таки давно, наконец случилась. Утомленный, но вполне довольный тем, как складываются дела, человек неправильной национальности зашел в магазин и сделал все необходимые покупки. Пивник давно уже должен был вернуться — и, как подозревал Ефим, не с пустым мешком: пожелания юных подопечных были для Трикобыла законом.

Дом встретил его молчанием и темными окнами. Фима удивленно задрал брови: все это было совсем непохоже на установившийся у них порядок.

— Эгей! Есть кто живой? — громко спросил он, закрывая за собой дверь.

«Неужели уехали?!» — Эта мысль вызвала одновременно разочарование и облегчение: все-таки экзотические гости сильно стесняли привыкшего к одиночеству хозяина, да и заносчивость брата и сестры раздражала порой весьма серьезно. «Даже не попрощались, надо же…» — Фима щелкнул выключателем. Разгрузив хозяйственную сумку, он заглянул в спальню… И тихонько вскрикнул от неожиданности. Марикс и Ласса забились в самый дальний угол. Дети сидели молча и абсолютно неподвижно. Лишь глаза их поблескивали в падающем из кухни свете, словно драгоценные камни.

— Эй, вы чего? Что это с вами?! — недоумевающе спросил Фима.

Брат и сестра молчали.

— А где Трикобыл? — вопрос снова повис в воздухе.

Ефим понятия не имел, как следует поступать в такой ситуации. Он хотел было тихонько притворить дверь и дождаться пивника, но тут Ласса заговорила.

— Трикобыла убили.

Фима поперхнулся.

— Убили?! Кто? Как? Откуда ты знаешь?! — Вопросы сыпались из него один за другим. С некоторым усилием взяв себя в руки, Фима зажег в комнате свет, подошел к детям и опустился перед ними на корточки.

— Так… Давайте по порядку, ладно? Что случилось?

— Трикобыл ушел, — ответила Ласса. — А потом… Потом я почувствовала, что его не стало. Мы с Мариксом оба это почувствовали.

Фима тихонько перевел дух.

— Ну, ребят, вы меня и напугали! Знаете, я уверен — наш грибник скоро вернется! Может быть, он немного заплутал, но…

— Проклятый дурак!!! — с ненавистью выкрикнул вдруг Марикс. — Ты что, так и не понял?! Если мы говорим, что он мертв — значит, он мертв! Мы это знаем, понимаешь ты, быдлянин?! Знаем, знаем, знаем!!!

Ефим почувствовал, как по телу его прокатилась невидимая волна — мальчик с трудом удержался, чтобы не ударить непонятливого взрослого своим «эго».

— Ну хорошо, хорошо, я вам верю… Так… Что же теперь делать? — Фима потер лоб. — Значит, так… Сейчас уже поздно, а завтра я схожу в милицию — скажу, что пропал… Э-э… Мой родственник… — тут Фима невольно понизил голос.