Джо напряженно размышлял. Положение, в котором он очутился, радовало не слишком, однако… Сейчас, наверное, впервые на памяти Джо, никто не указывал ему, куда идти и что делать. Ни мать, ни закон, ни злобный шериф Гаргулов, ни профессиональный душегуб Танто, ни сволочь Майк… Сейчас выбирал он сам — и полностью зависел от результатов выбора. Мысль о возвращении в Аристопал Джо отбросил сразу. Он очень сильно сомневался в том, что получит хоть какую-то награду — даже если герцог поверит в историю с двойником. Оставаться в Джеппе также не стоило: судя по всему, Майк Ловкач насолил здесь слишком многим. Существовала большая вероятность того, что расправу над Джо учинят раньше, чем весть о смерти двойника дойдет до всех заинтересованных сторон. Положение казалось безвыходным. В такой ситуации единственно правильным было сделать то, что намеревался Майк: исчезнуть на более-менее длительный срок. К сожалению, Джо не имел даже приблизительного представления о том, в какую сторону направить свой путь. Эти несколько часов он полагался на инстинкт лошадок. Мохнатые зверушки довольно бодро удалялись от Джеппы, но рассчитывать на то, что животные приведут его к другому городу, все-таки не следовало.

Так и не придя к какому-либо решению, юноша полез в седельные сумки. Остановившись на привал, он предусмотрительно снял их с лошадей: Джо помнил, что именно таким образом поступали герои любимых им вестернов. Содержимое сумок оказалось весьма интересным. В одной лежала пара гранат-лимонок — с вкрученными запалами. Еще там нашлись здоровенная фляга и туго набитый провизией полотняный мешок. Нарезанное тонкими полосками мясо, фрукты и овощи местное солнце очень быстро лишило последней капли влаги, превратив в замечательный дорожный припас. Вторая сумка была доверху нагружена черными липкими комками, завернутыми в широкие листья. Густой специфический аромат не оставлял сомнений: Джо уже довелось познакомиться с опиумом-сырцом. В третьей были патроны, в четвертой — разные необходимые в походе вещи вроде котелка, небольшого топорика, запасного брезентового тента и тому подобных вещей. Задумчиво разглядывая груду вынутых предметов, Джо сунул руки в карманы — и вдруг пальцы его нащупали сложенную вчетверо бумагу. Юноша достал ее, развернул и прочитал, потом перечел еще раз. Губы его тронула неуверенная ухмылка.

«Здравствуй, мелкая сволочь! Что-то давненько тебя не видать в наших краях, — так начиналось послание. — А это напрасно! Упускаешь свой шанс, Ловкач. У нас тут творятся интересные дела, наступает новое время — если ты понимаешь, что я имею в виду. Атаман Бузина давно ворчит, что конкуренты засели у него костью в горле. Хочет наладить постоянные каналы. Короче, ты понял. Больше я ничего писать не буду, коли не дурак, сам догадаешься. Тебе придется выбирать, Майки, с нами ты или нет. Пришло время как следует шевельнуть мозгой. Коли надумаешь, милости просим назад в нашу славную компашку. На старое место не ходи — мне тут чирикнула одна птичка, там нынче для здоровья не шибко полезно. Бузина велел оборудовать новое убежище, аккурат на полпути к Джеппе. А вот тебе рисуночек, чтобы не заплутал ненароком. Там всегда обретается кто-то из наших. За пушку тока не хватайся по дурости, не то как раз пилюлю в брюхо схлопочешь, понял? Мы нынче нервные».

Большую часть письма занимала схема — очень подробная, с указанием маршрута и многочисленными примечаниями вроде: «Тропка выводит прямо к ущелью. Местечко для засады — блеск! А ты лучше по бровке дуй».

В самом низу листа была приписка, уже другим почерком — крупными корявыми буквами: «Майки, кончай строить из себя крутого и тащи свою жопу ко мне. Дел невпроворот». Неуловимый Джо перечитал послание в третий раз и глубоко задумался.