Платов несколько секунд смотрел на него во все глаза, затем хихикнул, потом еще раз, после чего, не сдержавшись, рассмеялся в голос.

— Шеф, что вас так развеселило? — ставя на стол три больших стакана, поинтересовался Левашов. — Я с вами полгода работаю, но за это время вы лишь улыбались, ни разу не видел вас смеющимся.

— Креативность нашего рекрута, — пояснил, он, но высмеивать Радима не стал, за что Вяземский был ему очень благодарен. — Дикий, то, что ты сделал, нестандартно, и, как я сказал, креативно, но совершенно бессмысленно, эта защита не смогла бы никого остановить. Соль — это сказка, миф из древних времен, чихать на нее гости из зазеркалья хотели. Зря ты ее с собой в пакетике таскаешь, не поможет она тебе. Так что, твое счастье, что ты пережил эту ночь.

Радим кивнул и говорить, что у него есть волшебный камешек, превращающий соль в оружие, подполковнику не стал, во всяком случае, пока что. Не знает он про него, и не надо.

В этот момент официантка принесла пиццу, и мужчины начали ее рвать на куски. Съев первый, Платов продолжил:

— Есть во всей этой истории нечто странное, обычно стрижига прекрасно чуют цель, а ты цель.

— И зачем я ему? — удивился Радим. — Я еще никому не успел мозоль отдавить. Чуть больше недели, как у меня это зеркальце, и я соприкоснулся с этой мистикой.

— Но ты привлек чье-то внимание, — покачал головой Платов, — и он отправил к тебе стрижига. У меня есть только одна версия — это подарок от черного ходока. Может, он решил, что ты взялся за него всерьез. А ему сейчас ну никак нельзя убивать кого-то постороннего, только женщины, которые должны умереть с его знаком. Поэтому он тебя не добил. Но ты его разозлил, лишив жертвы.

— Логично, — поддакнул Левашов, расправляясь с третьим куском. — Про нас он еще не знает.

Вяземский решил не отставать от старлея, а то снова ни черта не достанется, и быстро прихватизировал треугольник, где было побольше маслин и лучка.

— Кстати, вы вычислили место? — спросил Радим Платова.

— Вечером, — нехотя ответил подпол, — когда ты будешь своих бывших сослуживцев поить, займемся, мы отсеяли большую часть города, так что, часам к восьми управимся, артефакту надо перезарядиться.

— Меня завтра с собой возьмете?

— Шутишь? — изогнув бровь, выражая так крайнее недоумение, спросил Платов. — Во-первых, если ты окажешься рядом, он тебя почует. Во-вторых, на кой ты там нужен со своими железками? Опять полетать захотелось? Нет, Радим. Я не возьму тебя с собой. — Он посмотрел на Левашова. — Лёша со мной пару месяцев, до этого работал с другим сотрудником, помимо полугодового обучения у него семь месяцев в поле, шесть выполненных заданий, но я все равно думаю, что он зелень, которому еще учиться и учиться.

— Осознал, — подняв руки с раскрытыми ладонями, улыбнулся Вяземский, — дурь сморозил.

— Хорошо, если понимаешь, — кивнул Платов. — Ладно, пора нам, несмотря на то, что я сказал, работы еще много. — Он кинул на стол тысячу и прихватил предпоследний треугольник пиццы и, махнув рукой, пошел к выходу. — Звони, если что, Лешин номер у тебя есть.

Левашов кивнул на прощание и пошел догонять командира.

— Удачи, — бросил Вяземский и сграбастал последний кусок, странно, сожрал прилично, а есть все равно хотелось, но последний треугольник как раз сделал его совершенно сытым. Оставалось забрать ножи, и на сегодня дела закончены.

Глава 8

Глава 8

— Почему у тебя зеркало занавешено? — пробился сквозь похмелье женский голос.

Радим приподнялся на локте и с трудом сфокусировал мутный взгляд на собеседнице, небольшая грудь, короткие каштановые волосы…

— Надо так, — ответил он.