– Если полицейские – это часть города, – рассуждал Николас Одли, – значит, их тоже усыпили. Знаешь, как это бывает, тебе дают иллюзию власти: ты полицейский в городе, судья в городском суде, священник в церкви, а когда дело доходит до главного, тебя просто отключают. Потому что главные – те, кто над тобой.

«Те, кто над тобой, – повторила про себя Аманда, – те, кто склонился над клеткой с крысами. Она была одной из тех подопытных крыс».

– Пришли, – сказал Михаэль.

Перед ними стояло трёхэтажное здание, без проблеска света внутри.

Около больницы – припаркованные «Скорые», без водителей и врачей.

Двери закрыты.

– Сами закрылись? – подёргал за ручку Одли.

– Может, в больницу не пускают газ? – подумал вдруг Михаэль. – Пациенты, которые и так при смерти, от этого самого газа могут и не проснуться.

– Эти ублюдки могут сделать всё, что угодно. – Одли подбирал ключ из своей связки ключей. – Могут пустить газ по коридорам и не пустить в определённые палаты. Те, кто без сознания, и так ничего не сделают. Врачи тоже могут быть как обычные, так и подставные. О, кажется, получилось…

Замок щёлкнул, дверь открылась.

Тишина.

Они прошли стеклянную коробку, открыли вторую дверь, Аманда шла за мужем. Он держал пистолет наготове, прощупывая им пространство.

– Тихо!

Какой-то звук гулял по коридорам, будто детская машинка на пульте.

Николас выглянул из-за угла и тут же заглянул обратно.

– Это мини-робот на колёсах, – шепнул он, – с камерой наверху.

– Он знает, что мы здесь? – шепнула Аманда.

Одли только пожал плечами.

– Может, обычная камера и не подаст сигнал тревоги, а этот чёртов робот может и подать, – сказал он.

Шуршание механических колёс всё приближалось, робот встал напротив Михаэля, тот нацелил на него пистолет. Выстрел, ещё один. Робот издал пронзительный писк и задымился.

– Он же не успел послать сигнал тревоги, да?

– А кто его знает.

На втором этаже чьи-то шаги, они спускались по лестнице, шли быстрым эхом по коридору, приближались к ним.

– Кто здесь? – раздался мужской голос.

– А он почему не спит? – шепнул Михаэль.

Ник только развёл руками.

– Я стреляю на счёт три! – крикнул тот же голос из коридора. – Один, два…

– Три! – сказал мистер Одли и сам выстрелил в пустоту, из которой на него шли.

Аманда вскрикнула, Михаэль закрыл ей рот рукой.

– Не обязательно, чтобы они знали, сколько нас здесь, дорогая.

Тишина сменилась непонятным пощёлкиванием, что-то заискрилось в темноте.

Михаэль посветил фонарём.

– Андроид, чёрт бы его подрал!

Значит, ненастоящими здесь были не только дети, но и какие-то взрослые, поняла Аманда. И оттого стало ещё страшней – все, с кем она до того общалась, в больницах, в полиции и даже школе, также могли быть не людьми.

Мужчина лежал в медицинском халате, вниз лицом. Аманде показалась знакомой его фигура.

Михаэль перевернул бездвижное тело.

Аманда склонилась над ним.

Глаза, что ещё секунду назад были закрыты, вдруг распахнулись и посмотрели на неё.

– Аманда Линч, – сказал доктор, – что вы здесь…

– Да чтоб тебя!

Михаэль передёрнул затвор и выстрелил в того ещё раз.

Красный цветок из искусственной крови расползся по всему его лбу.