Резким движением бедер, вампир до упора вошел в нее, ладонью гладя голень, бедра девушки, которыми она только сильнее обхватывала его на каждый растягивающий толчок, заставляющий лишь сильнее все сжиматься и пульсировать внутри нее, продлевая удовольствие. Переводя один пик удовольствия в следующий, без всякой паузы и перехода.

Мужчина так и не отпустил ее волос, не расслабил захвата пальцев на затылке Лили, и теперь, он пользовался этим, поворачивая голову Лилианы, изгибая ее шею так, чтобы еще глубже вонзить свои клыки в ее горло, с каждым проникающим толчком своих бедер в лоно Лили.

И ей это нравилось, дико нравилось. Так, что она до боли сжимала свои руки вокруг его тела, чтобы Тео и в голову не пришло вдруг прекратить, и подавалась навстречу его движениям, его жажде. Всему тому, что давал ей этот мужчина.

Лилия захныкала, требовательно, возмущенно, когда вампир, на мгновение разжал свои зубы, языком заглаживая ранки над артерией, и потянула его голову назад, надавливая ладонями. Но Тео только тихо засмеялся, с легкостью преодолевая давление рук Лилии, и накрыл ее рот поцелуем, требовательным, дурманящим, с соленым привкусом ее собственной крови.

Ему было весело? Она могла изменить это, Лилиана не сомневалась в жажде Теодоруса, не уступающей ее собственной потребности. Язык девушки рванулся навстречу его губам, проникая в рот вампира, лаская, скользя по языку мужчины. Лилия прикусила его губу своими зубами, недовольная тем, что он перестал пить из нее. Требуя, чтобы вампир продолжил. И закричала, когда Тео, не поддавшись этому требованию, резко дернул бедрами, заставляя пальцы на ее ногах поджиматься от удовольствия, от ощущения маленького взрыва в каждой клеточки ее плоти. И не ощущая уже неоспоримого надавливания его ладони на ее затылок, Лилиана просто покорилась понуканию вампира, прижимаясь губами к шее мужчины, на которой вампир вскрыл вену, погружая ее губы в пряную сладость его крови.

— Ну же, медовая, — Теодорус хрипло рычал, не прекращая наполняющих движений своей плоти. — Ты же обещала меня укусить? — вампир подначивал ее, мягко насмехаясь над кровожадной угрозой, которой Лилиана пыталась испугать его. Но ей было сложно осознать что-то, одурманенным удовольствием, его вкусом, его движениями, разумом. И все, чего хотелось Лили, чтобы Тео, снова утратил этот дьявольский контроль, который, даже занимаясь с ней любовью, вампир умудрился вернуть себе.

А потому, глотнув его кровь, наконец-то, ощущая, как утихает ее жажда, она с силой сжала свои зубы на его коже, зная, что не сможет прокусить, но наслаждаясь самим осознанием того, что сделала это.

Тео не ждал, что она выполнит свою угрозу, наверное. Но…, Лилиана поняла, по тому урагану чувств, которые бушевали у него внутри, передаваясь и ей, что вампиру дико, безумно хотелось этого. Ее оглушил его рык, вырвавшийся из горла вампира, однако, Лилия не обратила внимания на такую мелочь, снова взрываясь в невероятном наслаждении от того, что и Теодорус, не сдержавшись, укусил ее, оставляя новые отметины на шее девушки. Срываясь, теряя свой контроль, неистово погружая в нее свою плоть. И не услышала, почувствовала всем телом, его хриплый стон, когда удовольствие накрыло вампира, заставляя забывать обо всем, что сдерживало его.

И так и не разжав своих зубов на его шее, продолжая обнимать Тео, не в силах сделать менее крепкими свои объятия, Лилиана потерлась носом о его шею, подобно ему, лизнув ранку, которую вампир сделал для нее.

— Я не могу без тебя, Тео. Ни секунды. Нуждаюсь в тебе, — еле слышно прошептала она, скользя губами по его коже, не уверенная, что обыденное "люблю" отразит хоть долю ее чувств к этому мужчине. Оно казалось слишком мелким для того, что наполняло сердце Лилиан…

Она любила музыку, и ощущение травы под босыми ступнями. Теодоруса она боготворила, молилась на него, не воспринимая более ничего в своем мире.