— Сам не помню. Иди умойся, а на ужин… давай, может, пиццу закажем? Сто лет не ел.

— А давай, — улыбнулась я. — Только мне еще роллы, я люблю «Калифорнию».

— Идет, — кивнул Денис. — Сейчас найду фирмочку поближе, чтоб курьер не толкался три часа в пробке, и закажу. Давай, переодевайся.

Наверно, мы оба ненормальные, думалось мне иногда. Мы не любим высовываться куда-то, хотя с удовольствием общаемся в интернете. Мы ненавидим сборища родственников, пусть у меня только тетки да дядя, но у Дениса и родители живы-здоровы. Нам просто хорошо, когда нас не трогают. Кажется, у японцев это называется «хикикомори», но мы не совсем такие, я встречаюсь с приятелями, подруга Ленка жила у меня неделю, расставшись со своим парнем, мы даже выпивали на кухне и болтали до рассвета. К Денису она не лезла, кивнула понимающе и обходилась «привет-пока», если с ним пересекалась.

— Вера, хватай его, — серьезно сказала она, отбывая с вещами.

— Ты о чем?

— О том. Такие на дороге не валяются. Бери, не смотри, что увечный, другого такого днем с огнем не сыщешь! — Ленка подумала и добавила грустно: — Я бы, честно тебе скажу, его у тебя увела. Только он по своей воле не уйдет, а чтоб по моей — мне так не извернуться. Бери скорее, не то другая подоспеет! Я же вижу…

Бабка у Ленки — цыганка, причем настоящая, не из побирушек, и мне стало как-то не по себе.

— Я бы взяла, — сказала я, сглотнув, — да он не хочет.

— А ты постарайся, — сказала Ленка серьезно. — Не телом бери, делом. Должно сработать. Ну, пока!

Она ушла, а утром в дверь позвонили.

Я, наученная горьким опытом, сперва посмотрела в глазок. Там маячила корпулентная дама в пальто и с папкой в руках.

— Кто там? — сонно спросила я.

— Юрлова Светлана Семеновна, — отрекомендовалась та. — Старшая по подъезду.

— Очень приятно. И дальше что?

— Может быть, дверь отворите, девушка?

— Не-а, — отозвалась я. — С какой стати? Вы же не полиция с корочками и ордером на обыск. С какой стати я вам дверь открывать должна?

— Гм… — чуть смешалась дама. — Тут на вас поступил сигнал…

Я искренне восхитилась формулировкой.

— У вас имеется незарегистрированный жилец, — продолжила она.

— Нет у меня никакого жильца, — нагло ответила я. — Это мой любовник.

Дама поперхнулась.

— Но он у вас…

— Слушайте, времена, когда на каждый чих нужна была справка о том, что ты не верблюд, прошли, — я поняла, что начинаю беситься. — Мой парень приходит, уходит и живет у меня, сколько хочет. Квартира моя, я за нее плачу!

— Вы на ремонт не сдали, — склочно заметила она.

— А я не обязана, — не менее склочно ответила я, потому что Денис долго объяснял мне, что к чему, когда я расстроилась, увидев счет, и теперь считала себя немного подкованной в этом вопросе. — По счетам все оплачено, а если вы хотите барельефы и зимний сад с фонтаном в вестибюле — это не мои проблемы.

— А лифты?!

— А что лифты? Их десять лет назад меняли, они как новенькие. Лучше бы консьержку посадили малолеток гонять, достали уже эти граффити и битые бутылки со шприцами на лестнице! На такое я скинуться готова, а на остальное — увольте. А что до лифтов — я и пешком пройдусь, не развалюсь.

— Мы этого так не оставим… — процедила дама.

— Да идите вы… по своим делам, — искренне сказала я и пошла к Денису.