«Третий вопрос», - поняла я вдруг. Два я использовала. Остался последний, и без него Денис попросту мучился, вот только я не могла придумать, о чем его спросить.

— Ден, потерпи чуть-чуть, — сказала я. — Я не буду обижаться, если ты что-то ляпнешь, правда. Я вроде бы поняла, отчего такое, да ты и сам знаешь. И я очень хочу задать правильный вопрос, Ден, не абы какой. Вытерпишь немного?

— Конечно, — ответил он, помолчав. — Но только ради тебя. Твоя родня…

— Ради всего сущего, выстави их! — искренне попросила я, и в глазах Дениса проглянула знакомая зелень. — Уж на это я точно не обижусь, а тебе, похоже, нужно спустить пар.

— Тогда я пошел на кухню, не могу эту вонь терпеть, — сказал он серьезно. — Я не знаю, какого скунса они там готовят, но он явно умер даже не вчера!

— Давай, — улыбнулась я, а сама нашарила мобильник и позвонила Ленке. Она моложе меня на семь лет, но повидала на своем веку куда больше моего, жизнь сильно ее побила. И если я могла кого-то назвать подругой, то именно ее. Остальные-то жили кто в Крыму, кто на Волге — дозвониться можно, но они-то Дениса и не видели, только слышали о нем от меня.

— Я сплю, — первым делом сказала она.

— Не спи, — потребовала я. — Лена, разговор серьезный.

— Ы? — спросила она.

— Ты моего жильца хорошо разглядела? Ну когда мы у меня бухали?

— Ну да, — душерадирающе зевнула Ленка. — Симпатичный мужик, чувство юмора есть, из себя видный. Жаль, без ноги, хотя это теперь похер. Протез сделает.

— Лен, а тебе в нем ничего странным не показалось?

— Да вроде… — Она помолчала, снова отчаянно зевая. Ей тоже лучше работается ночами, когда просыпаются зарубежные коллеги. — Глаза. Линзы он носит, что ли? Вроде когда знакомились, глаза были серыми, а потом глянула — зеленые. А что?

— Ничего. Прости, что разбудила.

— А что у тебя там за шум? Опять родня нагрянула, что ли?

— Ага. Ден обещал их выпнуть, пойду послушаю, что там…

— Верка, распишись ты уже с ним, а? — снова зевнула Лена. — Ну блин, я же видела, как вы друг на друга смотрите! Хватит кота за хвост тянуть! И нет, Вер, я не в плане «пора, возраст, дитятю надо», нет, ты же меня знаешь, я этой фигни не понимаю. Просто он — твой. Тот, кто тебе нужен, и похрен, какие там у него недостатки, косой или хромой. Ты сама ведь то еще уебище! Такой шанс бывает раз в жизни. — Она помолчала и добавила: — Свой я упустила. Ты знаешь.

Я знала. В семнадцать Ленка не вышла замуж за человека на двадцать пять лет старше нее. Любила она его отчаянно, но, как обычно, вмешались родители, прочая родня: да как можно, что люди скажут, учиться надо… А он умер через два года. Разбился на трассе, на полной скорости влетел под грузовик — и насмерть. Она, как узнала, приехала ко мне и два дня просто молчала. На похороны не пошла, не смогла. К тому же там были его родственники, которые Ленку видеть вовсе не желали. Потом мы уж вместе съездили к нему на кладбище, и там уж я боялась, как бы не пришлось вызывать скорую — никогда не видела подругу в такой истерике. Мне тогда показалось, если бы она смогла, так закопалась бы под мерзлую землю к своему Юрке, да так и осталась. Но Ленка крепче, чем кажется, она прорыдалась, приложила к лицу снег, почистила пальто, выпила двести грамм и обратно ехала уже нормальным человеком.