Судя по тому, каким тоном ответил безопасник, ситуацию он просчитал не хуже меня. Но, по вечной и довольно дурацкой привычке всех силовиков, еще некоторое время пытался меня продавить.

— Мне кажется, ты не очень верно понимаешь, что происходит…

— А вот плевать, веришь — нет? Меня учили не клубки распутывать, а убивать. И давай не будем выяснять, кто из нас в науках сильнее окажется? Услышал меня, Ваня?

— Я доведу твои слова. Выйду на связь через…

— Не трудись. Телефон я сейчас уничтожу, домой не вернусь — что-то мне говорит, что вы за ней наблюдаете. Отпускайте Зверя, забывайте про меня. По Зверю у вас час времени. И я об этом должен знать.

— Ты же телефон уничтожишь? — пряча за насмешкой растерянность, бросил безопасник.

— Дима знает, как меня уведомить. Все. Пока.

Уничтожать телефон я не стал. Все-таки вещь хорошая, может еще послужит кому. Запустил процедуру стирания всех данных, вытащил симку и разломал ее на части. Сам коммуникатор положил на скамейку, мимо которой проходил, и двинулся в сторону реки.

Мне еще немертвых днем найти надо. Та еще морока!

Глава 10

Немертвые селились компактно. Как-то так вышло, что у нас они выбрали район Гидростроя — не спрашивайте меня почему. Если подумать, та еще клоака. Чрезмерно плотно застроенная, опоясанная объездными трассами и рассеченная узкими улицами и трамвайными путями. Скалы-человейники, в которых количество подъездов зашкаливало за двадцать, а номера квартир — за тысячу. Проплешины частного сектора, даже в лучшие времена, не тянувшие на "загородную недвижимость", а ведь именно под этим соусом ее продавали доверчивым горожанам и гостям солнечного юга.

Жили упыри кланами. Каждый на своей территории, не влезая в чужие дела, да и друг с другом не особо поддерживая контакты. Недалекие люди считали, что они управляли целым районом и не высовывались за его пределы. Но на самом деле их не интересовали ни власть, ни справедливость, ни законность, ни и даже приличия — слыхал я и такую версию. Они желали только покоя, и чтобы их не трогали. Видать, крепко пострадали во время Исхода, а может всегда такими были и в своем мире тоже.

Но со временем они сделались еще и посредниками. Думаю, для того, чтобы обеспечить собственное спокойствие. В отношениях с другими разумными они требовали соблюдения только одного правила — слово посредника имеет статус закона для договаривающихся сторон.

Выполнять его начали далеко не сразу. Но кровопийцы умели быть чертовски убедительны. Говорят, в самом начале, когда правила немертвых только устанавливались, трупы отсюда вывозили "Уралами". Правительство даже оцепило Гидрострой войсками. А потом всерьез подумывало о том, чтобы предоставить ему статус автономного городского округа. Со всеми плюшками, в виде исполнительной власти. Но, как я уже говорил, вся эта мишура вампиров не интересовала.

Добираться до отдаленного района города пришлось пешком. Это был единственный способ избежать камер. Так же, не пользуясь транспортом, я не оставлял никаких цифровых следов. Учитывая, что я нахожусь в контрах с безопасниками, пусть и лишь с теми, кто сам преступил закон, это было разумно.

Вот только — очень долго. Наш город — чудовищно растянут. У меня ушло больше трех часов, чтобы доковылять до нужного места. К этому моменту ступни буквально горели. Похоже, я стал отвыкать от долгих пеших переходов. А ведь когда-то и тридцатка за день не была пределом. Не то что жалкие пятнадцать километров, пройденных сегодня, к тому же, вовсе не по бурелому.